13.10.2019

Андрей Власов – неоправданное предательство. Власов. История предательства


Материал из Википедии - свободной энциклопедии

Власов Андрей Андреевич

Генерал-лейтенант РККА.

Союз Советских Социалистических Республик 4-й механизированный корпус, 20-я армия, 37-я армия, 2-я ударная армия (1941-1942) Андреевский флаг Русская освободительная армия(1942-1945)
Сражения/войны

1 Биография
1.1 В рядах Красной армии (до начала Великой Отечественной войны)
1.2 В начальный период Великой Отечественной войны
1.3 Во 2-й ударной армии
1.4 Немецкое пленение
1.5 Немецкий плен и сотрудничество с немцами
1.6 Пленение Красной армией, суд и казнь

1.6.1 Слухи о проведении казни
2 Образ Власова в мемуарах командиров Красной армии
3 Власов и другие окруженцы
4 Пересмотр дела
5 Аргументы сторонников Власова
6 Аргументы противников Власова и его реабилитации
7 Альтернативные версии перехода на сторону немцев

Биография

Почти всё, что известно о жизни Власова до плена, стало известно по его собственным рассказам друзьям и единомышленникам, которые познакомились с ним либо после начала Великой Отечественной войны, либо во время его пребывания в плену, когда он, номинально, стал идейным руководителем Русского освободительного движения, и которые составили свои воспоминания о нём.

Родился 14 сентября 1901 года в селе Ломакино ныне Гагинского района Нижегородской области. Русский. Он был тринадцатым ребёнком, младшим сыном. Семья жила в бедности, что мешало отцу выполнить его желание - дать всем своим детям образование. За обучение Андрея пришлось платить старшему брату - Ивану, который послал брата получить духовное образование в семинарию в Нижний Новгород. Обучение в семинарии прервала революция 1917-го года. В 1918 году Андрей пошёл учиться на агронома, но в 1919 году был призван в Красную армию.

В Красной армии с 1919 года. После окончания 4-х месячных командирских курсов стал командиром взвода и участвовал в боях с Вооружёнными силами на Юге России на Южном фронте. Служил во 2-й Донской дивизии. По ликвидации белых войск на Северном Кавказе дивизию, в которой служил Власов перебросили в Северную Таврию против войск П. Н. Врангеля. Власов был назначен командиром роты, затем переведён в штаб. В конце 1920 г. отряд, в котором Власов командовал конной и пешей разведкой, был переброшен на ликвидацию повстанческого движения Н. И. Махно.

С 1922 года Власов занимал командные и штабные должности, а также занимался преподаванием. В 1929 году окончил Высшие армейские командные курсы «Выстрел». В 1930 году вступил в ВКП(б). В 1935 году стал слушателем Военной академии имени М. В. Фрунзе. Историк А. Н. Колесник утверждал, что в 1937-1938 гг. Власов был членом трибунала Ленинградского и Киевского военных округов. За это время трибунал не вынес ни одного оправдательного приговора.

С августа 1937 года командир 133-го стрелкового полка 72-й стрелковой дивизии, а с апреля 1938 года помощник командира этой дивизии. Осенью 1938 года направлен в Китай для работы в составе группы военных советников, что свидетельствует о полном доверии к Власову со стороны политического руководства. С мая по ноябрь 1939 года исполнял обязанности главного военного советника. На прощание, перед отъездом из Китая, был награждён Чан Кайши орденом Золотого Дракона, жена Чан Кайши подарила Власову часы. И орден, и часы были отобраны властями у Власова по возвращении в СССР.

В январе 1940 года генерал-майор Власов назначен командиром 99-й стрелковой дивизии, которая в октябре того же года была награждена переходящим Красным Знаменем и признана лучшей дивизией в Киевском военном округе. Маршал Тимошенко называл дивизию лучшей во всей Красной армии. За это А. Власов был награждён золотыми часами и орденом Красного Знамени. Газета «Красная Звезда» напечатала статью о Власове, восхваляющую его военные способности, его внимание и заботу к подчинённым, точное и тщательное выполнение своих обязанностей.

В автобиографии, написанной в апреле 1940 года, отмечал: «Никаких колебаний не имел. Всегда стоял твёрдо на генеральной линии партии и за неё всегда боролся».

В январе 1941 года Власов был назначен командиром 4-го механизированного корпуса Киевского особого военного округа, а через месяц награждён орденом Ленина.

В начальный период Великой Отечественной войны

Война для Власова началась под Львовом, где он занимал должность командира 4-го механизированного корпуса. За умелые действия получил благодарность, и по рекомендации Н. С. Хрущёва был назначен командующим 37-й армией, защищавшей Киев. После жестоких боёв разрозненные соединения этой армии сумели пробиться на восток, а сам Власов был ранен и попал в госпиталь.

В ноябре 1941 Сталин вызвал Власова и приказал ему сформировать 20-ю армию, которая бы входила в состав Западного фронта и обороняла столицу.

5 декабря в районе деревни Красная Поляна (находящейся в 32 км от Московского Кремля) советская 20-я армия под командованием генерала Власова остановила части немецкой 4-й танковой армии, внеся весомый вклад в победу под Москвой. В советское время появилась документально необоснованная и недостоверная версия, что сам Власов в это время был в госпитале, а боевыми действиями руководил либо командующий оперативной группой А. И. Лизюков, либо начальник штаба Л. М. Сандалов.

Преодолевая упорное сопротивление противника, 20-я армия выбила немцев из Солнечногорска и Волоколамска. 13 декабря 1941 г. Совинформбюро опубликовало официальное сообщение об отражении немцев от Москвы и напечатало в нём фотографии тех командиров, которые особо отличились при обороне столицы. Среди них был и Власов. 24 января 1942 г. за эти бои Власов был награждён орденом Красного Знамени и произведён в генерал-лейтенанты.

Жуков оценивал действия Власова так: «Лично генерал-лейтенант Власов в оперативном отношении подготовлен хорошо, организационные навыки имеет. С управлением войсками справляется вполне».

После успехов под Москвой А. А. Власова в войсках, вслед за Сталиным, называют не иначе как «спаситель Москвы». По заданию Главного политуправления о Власове пишется книга под названием «Сталинский полководец». Специалист по истории Второй мировой войны в СССР Джон Эриксон называл Власова «одним из любимых командиров Сталина».
Власову доверяли давать интервью зарубежным корреспондентам, что говорит о доверии к Власову со стороны высшего политического руководства страны.

Во 2-й ударной армии

7 января 1942 года началась Любанская операция. Войска 2-й ударной армии Волховского фронта, созданного для срыва наступления немцев на Ленинград и последующего контрудара, успешно прорвали оборону противника в районе населённого пункта Мясной Бор (на левом берегу реки Волхов) и глубоко вклинились в его расположение (в направлении Любани). Но не имея сил для дальнейшего наступления, армия оказалась в тяжёлом положении. Противник несколько раз перерезал её коммуникации, создавая угрозу окружения.

8 марта 1942 года генерал-лейтенант А. А. Власов был назначен заместителем командующего войсками Волховского фронта. 20 марта 1942 года командующий Волховским фронтом К. А. Мерецков отправил своего заместителя А. А. Власова во главе специальной комиссии во 2-ю ударную армию (генерал-лейтенант Н. К. Клыков). «Трое суток члены комиссии беседовали с командирами всех рангов, с политработниками, с бойцами», а 8 апреля 1942 года, составив акт проверки, комиссия отбыла, но без генерала А. А. Власова. Тяжело больного генерала Клыкова 16 апреля сняли с командующего армией и самолётом отправили в тыл.

20 апреля 1942 года А. А. Власов был назначен командующим 2-й ударной армии, оставаясь по совместительству заместителем командующего Волховского фронта.

Закономерно возник вопрос, кому поручить руководство войсками 2-й ударной армии? В тот же день состоялся телефонный разговор А. А. Власова и дивизионного комиссара И. В. Зуева с Мерецковым. Зуев предложил назначить на должность командарма Власова, а Власов - начальника штаба армии полковника П. С. Виноградова. Военный совет [Волховского] фронта поддержал идею Зуева. Так… Власов с 20 апреля 1942 (понедельник) стал командующим 2-й ударной армией, оставаясь одновременно заместителем командующего [Волховским] фронтом. Он получил войска, практически уже не способные сражаться, получил армию, которую надо было спасать…

В. Бешанов. Ленинградская оборона.

В течение мая-июня 2-я ударная армия под командованием А. А. Власова предпринимала отчаянные попытки вырваться из мешка.

Ударим с рубежа Полисть в 20 часов 4 июня. Действий войск 59-ой армии с востока не слышим, нет дальнего действия арт.огня.

Немецкое пленение

Командующий Волховской оперативной группой генерал-лейтенант М. С. Хозин не выполнил директивы Ставки (от 21 мая)об отводе войск армии. В результате 2-я ударная армия оказалась в окружении, а самого Хозина - 6 июня отстранили от должности. Принятыми командованием Волховского фронта мерами удалось создать небольшой коридор, через который выходили разрозненные группы изнурённых и деморализованных бойцов и командиров.

ВОЕННОМУ СОВЕТУ ВОЛХОВСКОГО ФРОНТА. Докладываю: войска армии в течение трех недель ведут напряжённые ожесточённые бои с противником… Личный состав войск до предела измотан, увеличивается количество смертных случаев и заболеваемость от истощения возрастает с каждым днём. Вследствие перекрёстного обстрела армейского района войска несут большие потери от артминометного огня и авиации противника… Боевой состав соединений резко уменьшился. Пополнять его за счёт тылов и спецчастей больше нельзя. Всё, что было, взято. На шестнадцатое июня в батальонах, бригадах и стрелковых полках осталось в среднем по нескольку десятков человек. Все попытки восточной группы армии пробить проход в коридоре с запада успеха не имели.

Власов. Зуев. Виноградов.

21 ИЮНЯ 1942 ГОДА. 8 ЧАСОВ 10 МИНУТ. НАЧАЛЬНИКУ ГШКА. ВОЕННОМУ СОВЕТУ ФРОНТА. Войска армии три недели получают по пятьдесят граммов сухарей. Последние дни продовольствия совершенно не было. Доедаем последних лошадей. Люди до крайности истощены. Наблюдается групповая смертность от голода. Боеприпасов нет…

Власов. Зуев.

25 июня противник ликвидировал коридор. Показания различных свидетелей не дают ответа на вопрос, где же укрывался генерал-лейтенант А. А. Власов следующие три недели - бродил ли в лесу или же существовал некий запасной КП, к которому пробиралась его группа. Раздумывая о своей судьбе, Власов сравнивал себя с генералом А. В. Самсоновым, также командовавшим 2-й армией и также попавшим в немецкое окружение. Самсонов застрелился. По словам Власова, его отличало от Самсонова то, что у последнего было нечто, за что он считал достойным отдать свою жизнь. Власов посчитал, что кончать с собой во имя Сталина он не станет.

Немецкий плен и сотрудничество с немцами

Приказ генерала Власова о прекращении издевательств над солдатами.
Основная статья: Власовцы

В Викитеке есть полный текст Открытого письма «Почему я стал на путь борьбы с большевизмом»

Находясь в Винницком военном лагере для пленных высших офицеров, Власов согласился сотрудничать с нацистами и возглавил «Комитет освобождения народов России» (КОНР) и «Русскую освободительную армию» (РОА), составленные из пленных советских военнослужащих.

Не сохранилось ни одной фотографии этого периода жизни Власова, на которых он был бы одет в немецкую военную форму (что отличало Власова от его подчинённых). Он всегда носил специально пошитый для него (из-за его огромного телосложения) военного кроя простой мундир цвета хаки с широкими обшлагами и форменные брюки с генеральскими лампасами. Пуговицы на мундире были без военной символики, на мундире - никаких знаков различия или наград, в том числе не носил и эмблемы РОА на рукаве. Только на генеральской фуражке он носил бело-сине-красную кокарду РОА.

Власов написал открытое письмо «Почему я стал на путь борьбы с большевизмом». Кроме того, он подписывал листовки, призывающие свергнуть сталинский режим, которые впоследствии разбрасывались нацистской армией с самолётов на фронтах, а также распространялись в среде военнопленных.

В начале мая 1945 года между Власовым и Буняченко возник конфликт - Буняченко намерился поддержать Пражское восстание, а Власов уговаривал его не делать этого и остаться на стороне немцев. На переговорах в северочешских Козоедах они не договорились и их пути разошлись.

Пленение Красной армией, суд и казнь

12 мая 1945 года Власов был захвачен военнослужащими 25-го танкового корпуса 13-й армии 1-го Украинского фронта неподалёку от города Пльзень в Чехословакии при попытке перейти в западную зону оккупации. Танкисты корпуса преследовали колонну, в которой находился Власов, по указанию капитана-власовца, сообщившего им, что именно в ней находился его командующий. По советской версии Власов был найден на полу джипа завёрнутым в ковёр. Это
представляется маловероятным, учитывая внутреннее пространство в джипе и сложение Власова. После задержания он был доставлен в штаб маршала И. С. Конева, оттуда в Москву. С этого момента и до 2 августа 1946 г., когда в газете «Известия» было опубликовано сообщение о суде над ним, о Власове ничего не сообщалось.

Логотип Викитеки
В Викитеке есть полный текст Приговора по делу генерала А.А. Власова и его сообщников.

Сначала руководство СССР планировало провести публичный процесс над Власовым и другими руководителями РОА в Октябрьском Зале Дома Союзов, однако впоследствии отказалось от этого намерения. По версии российского историка К. М. Александрова, причиной могло служить то, что часть обвиняемых могла высказывать на процессе взгляды, которые «объективно могут совпадать с настроениями определённой части населения, недовольной Советской властью».

Из уголовного дела А. А. Власова:

Ульрих: Подсудимый Власов, в чём конкретно признаёте себя виновным?

Власов: Я признаю себя виновным в том, что находясь в трудных условиях, смалодушничал…

Похоже, что на суде Власов пытался взять всю ответственность на себя, очевидно полагая, что таким образом он сможет смягчить приговоры для своих подчинённых.

Решение о смертном приговоре в отношении Власова и других было принято Политбюро ЦК ВКП(б) 23 июля 1946 года. С 30 по 31 июля 1946 года состоялся закрытый судебный процесс по делу Власова и группы его последователей. Все они были признаны виновными в государственной измене. По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР они были лишены воинских званий и 1 августа 1946 года повешены, а их имущество было конфисковано.

Слухи о проведении казни

По слухам, казнь была организована с ужасающей жестокостью - все казнённые были повешены на пианинной струнной проволоке, на крюке, поддетом под основание черепа.

Образ Власова в мемуарах командиров Красной армии

Переход командующего 2-й ударной армии А. А. Власова на службу к немцам был одним из самых неприятных для советской историографии эпизодов войны. Были и другие офицеры Красной армии, ставшие на путь борьбы с Советской властью, но Власов был самым высокопоставленным и наиболее известным из всех. В советской историографии не предпринималось попыток проанализировать мотивы его поступка - его имя или автоматически очернялось или, в лучшем случае, просто замалчивалось.

А. В. Исаев отмечал, что многие сослуживцы Власова, писавшие после войны мемуары, были поставлены в неловкое положение:

Напишешь про бывшего командующего хорошо, скажут: «Как же ты гада такого не разглядел?». Напишешь плохо - скажут: «Почему не бил в колокола? Почему не доложил и не сообщил куда следует?».

Например, один из офицеров 32-й танковой дивизии 4-го механизированного корпуса описывает свою встречу с Власовым так: «Высунувшись из кабины, заметил, что командир полка разговаривает с высоким генералом в очках. Узнал его сразу.
Это командир нашего 4-го механизированного корпуса. Подошёл к ним, представился комкору». Фамилия «Власов» на протяжении всего повествования о боях на Украине в июне 1941 года вообще не упоминается.

Также и М. Е. Катуков просто предпочёл не упоминать, что его бригада была подчинена армии, которой командовал А. А. Власов. А бывший начальник штаба 20-й армии Западного фронта Л. М. Сандалов в своих мемуарах обошёл неприятный вопрос о знакомстве со своим командармом с помощью версии о болезни А. А. Власова. Позднее эта версия была поддержана и развита другими исследователями, которые утверждали, что с 29 ноября по 21 декабря 1941 года полковник Сандалов исполнял обязанности командующего 20-й армией Западного фронта, и именно под его фактическим руководством 20-я армия освободила Красную Поляну, Солнечногорск и Волоколамск.

Если Власов и упоминался в мемуарах, то, скорее, в негативном образе. Например, кавалерист Стученко пишет:

Неожиданно в трёхстах - четырёхстах метрах от передовой из-за куста вырастает фигура командующего армией Власова в каракулевой серой шапке-ушанке и неизменном пенсне; сзади адъютант с автоматом. Моё раздражение вылилось через край:

Что вы тут ходите? Смотреть здесь нечего. Тут люди зря гибнут. Разве так организуют бой? Разве так используют конницу?

Подумалось: сейчас отстранит от должности. Но Власов, чувствуя себя неважно под огнём, не совсем уверенным голосом спросил:

Ну и как же надо, по вашему мнению, наступать?

Примерно в том же духе высказался К. А. Мерецков, пересказывая слова начальника связи 2-й ударной армии генерала Афанасьева: «Характерно, что в обсуждении намечаемых действий группы командарм-2 Власов никакого участия не принимал. Он совершенно безразлично относился ко всем изменениям в движении группы». А. В. Исаев предположил, что это описание может быть «сравнительно точным и объективным», так как Афанасьев стал свидетелем надлома личности Власова, приведшего к предательству: в плен командующий 2-й ударной попал буквально через несколько дней после «обсуждения намечаемых действий».

Маршал Василевский, ставший весной 1942 года начальником генерального штаба РККА, также писал в мемуарах о Власове в негативном ключе:

«Командующий 2-й ударной армией Власов, не выделяясь большими командирскими способностями, к тому же по натуре крайне неустойчивый и трусливый, совершенно бездействовал. Создавшаяся для армии сложная обстановка ещё более деморализовала его, он не предпринял никаких попыток к быстрому и скрытному отводу войск. В результате всего войска 2-й ударной армии оказались в окружении».

По мнению директора Института стратегических исследований Л. Решетникова:

Для советских людей «власовщина» стала символом предательства, а он сам - иудой того времени. Дело доходило до того, что однофамильцы писали в анкетах: «Родственником генерала-предателя не являюсь».

В этой связи были затруднены и поисковые мероприятия в районе Мясного Бора. Местные власти придерживались версии, что «в Мясном Бору лежат предатели-власовцы». Это избавляло их от лишних хлопот по организации похорон, а государство - от затрат на помощь семьям погибших. Только в 1970-х годах благодаря инициативе поисковика Н. И. Орлова у Мясного Бора появились первые три воинские кладбища.

Власов и другие окруженцы

Многие из оставшихся в окружении держались до конца, в плен попали в основном бойцы, захваченные в коридоре, и легкораненые из крупных госпиталей. Многие под угрозой пленения застрелились, как, например, член Военного совета армии дивизионный комиссар И. В. Зуев. Другие смогли выйти к своим или пробраться к партизанам, как, например,комиссар 23-й бригады Н. Д. Аллахвердиев, ставший командиром партизанского отряда. В партизанских отрядах сражались также воины 267-й дивизии военврач 3-го ранга Е. К. Гуринович, медсестра Журавлева, комиссар Вдовенко и др.

Но таких было немного, большинство попало в плен. В основном, в плен попали совершенно обессиленные, измученные люди, нередко раненые, контуженные, в полубессознательном состоянии, как, например, поэт, старший политрук М. М. Залилов (Муса Джалиль). Многие не успевали даже выстрелить по врагу, внезапно столкнувшись с немцами.
Однако, оказавшись в плену, советские воины не стали сотрудничать с немцами. Несколько офицеров, перешедших на сторону врага, являются исключением из общего правила: помимо генерала А. А. Власова присяге изменили командир 25-й бригады полковник П. Г. Шелудько, офицеры штаба 2-й ударной армии майор Версткин, полковник Горюнов и интендант 1 ранга Жуковский.

Например, командир 327-й стрелковой дивизии генерал-майор И. М. Антюфеев, будучи ранен, попал в плен 5 июля. Антюфеев отказался помогать противнику, и немцы отправили его в лагерь в Каунас, потом он работал на шахте. После войны Антюфеев был восстановлен в генеральском звании, продолжил службу в Советской Армии и вышел в отставку генерал-майором. Начальник медико-санитарной службы 2-й ударной армии военврач 1-го ранга Боборыкин специально остался в окружении, чтобы спасти раненых армейского госпиталя. 28 мая 1942 года командование наградило его орденом Красного Знамени. Находясь в плену, носил форму командира Красной Армии и продолжал оказывать медицинскую помощь военнопленным. После возвращения из плена работал в Военно-медицинском музее в Ленинграде.

В то же время известны многочисленные случаи, когда военнопленные и в плену продолжали борьбу с противником.
Широко известен подвиг Мусы Джалиля и его «Моабитские тетради». Есть и другие примеры. Начальник санитарной службы и бригадный врач 23-й стрелковой бригады майор Н. И. Кононенко попал в плен 26 июня 1942 года вместе с персоналом бригадной медсанроты. После восьми месяцев тяжёлых работ в Амберге его 7 апреля 1943 года перевели врачом в лагерный лазарет города Эбельсбах (Нижняя Бавария). Там он стал одним из организаторов «Революционного комитета», превратив свой лазарет в лагере Маутхаузен в центр патриотического подполья. Гестапо выследило «Комитет», и 13 июля 1944 года он был арестован, а 25 сентября 1944 года расстрелян вместе с другими 125-ю подпольщиками. Командир 844-го полка 267-й дивизии В. А. Поспелов и начальник штаба полка Б. Г. Назиров попали в плен раненые, где продолжили борьбу с противником и в апреле 1945 года возглавили восстание в концлагере Бухенвальд.

Показателен пример политрука роты 1004-го полка 305-й дивизии Д. Г. Тельных. Попав раненым (ранение в ногу) и контуженым в плен в июне 1942 года, был отправлен по лагерям, окончательно попав в лагерь при шахте Шварцберг. В июне 1943 года Тельных бежал из лагеря, после чего бельгийские крестьяне в селении Ватерлоо помогли связаться с партизанским отрядом № 4 из советских военнопленных (подполковник Красной Армии Котовец). Отряд входил в состав русской партизанской бригады «За Родину» (подполковник К.Шукшин). Тельных участвовал в боях, вскоре стал командиром взвода, а с февраля 1944 года - политруком роты. В мае 1945 года бригада «За Родину» захватила город Майзак и восемь часов удерживала его до подхода английских войск. После войны Тельных вместе с другими товарищами-партизанами вернулся служить в РККА.

Двумя месяцами ранее в апреле 1942 года при выводе из окружения 33-й армии покончили жизнь самоубийством её командующий М. Г. Ефремов и офицеры штаба армии. И если М. Г. Ефремов своей смертью «обелил даже тех малодушных, которые дрогнули в трудную минуту и бросили своего командующего, чтобы спастись в одиночку», то на бойцов 2-й ударной смотрели через призму предательства А. А. Власова.

Пересмотр дела

В 2001 году с ходатайством о пересмотре приговора Власову и его соратникам в Главную военную прокуратуру обратился иеромонах Никон (Белавенец), глава движения «За Веру и Отечество». Однако военная прокуратура пришла к выводу, что оснований для применения закона о реабилитации жертв политических репрессий нет.

1 ноября 2001 года Военная коллегия Верховного Суда РФ отказала в реабилитации Власова А. А. и других, отменив приговор в части осуждения по ч. 2 ст. 5810 УК РСФСР (антисоветская агитация и пропаганда) и прекратив в этой части дело за отсутствием состава преступления. В остальной части приговор оставлен без изменения.

Аргументы сторонников Власова

Версия патриотизма А. А. Власова и его движения имеет своих сторонников и является предметом дискуссий до настоящего времени.

Сторонники Власова утверждают, что Власов и те, кто присоединился к Русскому освободительному движению, были движимы патриотическими чувствами и остались верными своей родине, но не своему правительству. Одним из приводимых аргументов в пользу данной точки зрения был тот, что «если государство предоставляет гражданину защиту, оно вправе требовать от него лояльности», если же Советское государство отказалось подписывать Женевское соглашение и тем самым лишило своих пленённых граждан защиты, то граждане более не были обязаны сохранять лояльность государству и, значит, не были изменниками.

В начале сентября 2009 года Архиерейский Синод Русской православной церкви за границей на своих заседаниях коснулся споров в отношении вышедшей в свет книги церковного историка, протоиерея Георгия Митрофанова «Трагедия России.
„Запретные“ темы истории XX века в церковной проповеди и публицистике». В частности, было отмечено, что:

Трагедия тех, кого принято именовать «власовцами»… поистине велика. Во всяком случае, она должна быть осмыслена со всей возможной непредвзятостью и объективностью. Вне такого осмысления историческая наука - превращается в политическую публицистику. Нам… следует избегать «чёрно-белого» истолкования исторических событий. В частности, именование деяний генерала А. А. Власова - предательством, есть, на наш взгляд, легкомысленное упрощение тогдашних событий. В этом смысле мы вполне поддерживаем попытку отца Георгия Митрофанова подойти к этому вопросу (а вернее, к целой череде вопросов) с меркой, адекватной сложности проблемы. В Русском Зарубежье, частью которого стали и уцелевшие участники РОА, генерал А. А. Власов был и остаётся своего рода символом сопротивления безбожному большевизму во имя возрождения Исторической России. …Всё, что было ими предпринято - делалось именно для Отечества, в надежде на то, что поражение большевизма приведёт к воссозданию мощной национальной России. Германия рассматривалась «власовцами» исключительно как союзник в борьбе с большевизмом, но они, «власовцы» готовы были, при необходимости противостоять вооружённой силой какой бы то ни было колонизации или расчленению нашей Родины. Мы надеемся, что в будущем русские историки отнесутся к тогдашним событиям с большей справедливостью и беспристрастностью, чем это происходит в наши дни.

Аргументы противников Власова и его реабилитации

Противники Власова считают, что коль Власов и примкнувшие к нему воевали против Советского Союза на стороне его врага, то они были изменниками и коллаборационистами. По мнению этих исследователей, Власов и бойцы Русского освободительного движения перешли на сторону вермахта не по политическим мотивам, а для спасения собственной жизни, их искусно использовали нацисты в целях пропаганды, и Власов был не более чем орудием в руках нацистов.

Российский историк М. И. Фролов отмечает большую опасность попыток героизации А. А. Власова, называя в качестве их основных последствий:

Стремление к пересмотру итогов Второй мировой войны, в частности, к обесцениванию соглашений, достигнутых странами-победительницами на Ялтинской и Постдамской конференциях, на Нюрнбергском процессе над главными нацистскими военными преступниками, к пересмотру подтверждённых Генеральной Ассамблеей ООН (11.12.1946) принципов международного права, признанных Уставом трибунала и нашедших выражение в его приговоре. Тем самым могут быть достигнуты различные негативные для России геополитические, идеологические и финансовые последствия.
оправдание коллаборационизма в других странах (в частности, в Прибалтике и на Украине), стремление найти морально-психологическое оправдание поступкам антирусских политических деятелей и сил, а также формирование общественного сознания, признающего правильный сепаратизм.
изменение ценностных ориентиров в обществе, стремление убрать источники позитивного самоощущения народа, обесценив победу в Великой Отечественной войне с помощью подмены понятий «измена - доблесть», а «трусость - героизм».

По мнению историка, «представлять предателя Власова, коллаборационистов „в роли“ борцов за Россию, за русский народ не что иное, как недостойная с нравственной точки зрения потуга, сознательное, преднамеренное извращение фундаментальных ценностей российского общества - патриотизма, любви к Родине, беззаветного служения интересам её народа».

В 2009 году при поддержке Русской Православной Церкви вышла книга «Правда о генерале Власове: сборник статей», главной целью которой, по словам её авторов, являлось «показать, что точка зрения профессора Санкт-Петербургской духовной академии протоиерея Георгия Митрофанова на генерала-предателя А. А. Власова, на Великую Отечественную войну является маргинальной для Русской Православной Церкви». Авторы подчёркивают, что предательство Власова и власовцев - «это наша боль и наш стыд, это позорная страница истории русского народа».

Альтернативные версии перехода на сторону немцев.

В отдельных мемуарах можно встретить версию, что Власов попал в плен ещё раньше - осенью 1941 г. в окружении под Киевом - где был завербован и переброшен через линию фронта. Ему же приписывается приказ уничтожить всех работников его штаба, не захотевших вместе с ним сдаться в плен. Так, писатель Иван Стаднюк утверждает, что слышал это от генерала Сабурова. Эта версия не подтверждена обнародованными архивными документами.

По версии В. И. Филатова и ряда других авторов, генерал А. А. Власов - советский разведчик (сотрудник внешней разведки НКВД или военной разведки - Разведуправления Генштаба РККА), который с 1938 года работал в Китае под псевдонимом «Волков», ведя разведывательную деятельность против Японии и Германии, а затем во время Великой Отечественной войны был успешно заброшен к немцам. Казнь Власова в 1946 году связывается со «сварой» спецслужб - МГБ и НКВД - в результате которой по личному решению Сталина и Абакумова Власов был ликвидирован как опасный и ненужный свидетель. Позднее была уничтожена значительная часть материалов следствия по «делу» Власова, Буняченко и других руководителей ВС КОНР.

Существует также теория заговора, согласно которой в действительности вместо Власова 1 августа 1946 года был повешен другой человек, а сам Власов впоследствии долгие годы жил под другой фамилией.

Григоренко Петр Григорьевич:

«В 1959 году я встретил знакомого офицера, с которым виделся ещё до войны. Мы разговорились. Разговор коснулся власовцев. Я сказал: - У меня там довольно близкие люди были.
- Кто? - поинтересовался он.
- Трухин Федор Иванович - мой руководитель группы в Академии Генерального штаба.
- Трухин?! - даже с места вскочил мой собеседник. - Ну, так я твоего воспитателя в последнюю дорогу провожал.
- Как это?
- А вот так. Ты же помнишь, очевидно, что когда захватили Власова, в печати было сообщение об этом, и указывалось, что руководители РОА предстанут перед открытым судом. К открытому суду и готовились, но поведение власовцев все испортило. Они отказались признать себя виновными в измене Родине. Все они - главные руководители движения - заявили, что боролись против сталинского террористического режима. Хотели освободить свой народ от этого режима. И потому они не изменники, а российские патриоты. Их подвергли пыткам, но ничего не добились. Тогда придумали „подсадить“ к каждому их приятелей по прежней жизни. Каждый из нас, подсаженных, не скрывал, для чего он подсажен. Я был подсажен не к Трухину. У него был другой, в прошлом очень близкий его друг. Я „работал“ с моим бывшим приятелем.
Нам всем, „подсаженным“, была предоставлена относительная свобода. Камера Трухина была недалеко от той, где „работал“ я, поэтому я частенько заходил туда и довольно много говорил с Федором Ивановичем. Перед нами была поставлена только одна задача - уговорить Власова и его соратников признать свою вину в измене Родине и ничего не говорить против Сталина. За такое поведение было обещано сохранить им жизнь.

Кое-кто колебался, но большинство, в том числе Власов и Трухин, твердо стояли на неизменной позиции: „Изменником не был и признаваться в измене не буду. Сталина ненавижу. Считаю его тираном и скажу об этом на суде“. Не помогли наши обещания жизненных благ. Не помогли и наши устрашающие рассказы. Мы говорили, что если они не согласятся, то судить их не будут, а запытают до смерти. Власов на эти угрозы сказал: „Я знаю. И мне страшно. Но ещё страшнее оклеветать себя. А муки наши даром не пропадут. Придет время, и народ добрым словом нас помянет“. Трухин повторил то же самое.

И открытого суда не получилось, - завершил свой рассказ мой собеседник. - Я слышал, что их долго пытали и полумёртвых повесили. Как повесили, то я даже тебе об этом не скажу…»

Ген. П. Григоренко «В подполье можно встретить только крыс»

Награды СССР

Орден Ленина (1941)
2 ордена Красного Знамени (1940, 1941)
медаль «XX лет Рабоче-Крестьянской Красной Армии»

Впоследствии по приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР лишён всех наград и званий.

Иностранные награды

Орден Золотого Дракона (Китай, 1939).

Смотреть предварительно "Логикология - о судьбе человека".

Рассмотрим таблицы кода ПОЛНОГО ИМЕНИ. \Если на Вашем экране будет смещение цифр и букв, приведите в соответствие масштаб изображения\.

3 15 16 34 49 52 53 67 72 89 95 105 106 120 125 142 148 154 157 167 191
В Л А С О В А Н Д Р Е Й А Н Д Р Е Е В И Ч
191 188 176 175 157 142 139 138 124 119 102 96 86 85 71 66 49 43 37 34 24

1 15 20 37 43 53 54 68 73 90 96 102 105 115 139 142 154 155 173 188 191
А Н Д Р Е Й А Н Д Р Е Е В И Ч В Л А С О В
191 190 176 171 154 148 138 137 123 118 101 95 89 86 76 52 49 37 36 18 3

Рассмотрим прочтение отдельных слов и предложений:

ВЛАСОВ = 52 = УБИЕН, УДАВИМ = 15-НА + 37-ШЕЕ.

АНДРЕЙ АНДРЕЕВИЧ = 139 = 63-ГОРЛО + 76-ПЕРЕЖИМ = 73-ОРУДИЕ + 66-МЕСТИ.

139 - 52 = 87 = ОСУЖДЁН, ГОРЛОВОЕ = 3-В + 84-ПЕТЛЮ.

ВЛАСОВ АНДРЕЙ = 105 = ЛИШИТЬ \жизни\, ШЕЙНЫХ, УДУШЬЕ, АСФИКСИЕЙ.

АНДРЕЕВИЧ = 86 = ДЫХАНИЕ, КАЗНЯТ, ПОГИБНЕТ.

105 - 86 = 19-ГО\рло\.

АНДРЕЕВИЧ ВЛАСОВ = 138 = КИСЛОРОДНОЕ, ВИСЕЛИЧНЫМ, УМИРАЮЩИЙ = 75-СЖАТЬ, СЖИМАЕТ + 63-ГОРЛО.

АНДРЕЙ = 53 = ДАВИМОЕ, ЗАЖАТО, ИЗМЕНА, ПЕТЛ \я\.

138 - 53 = 85-ПЕТЛЯ, МЕСТЬ, ПОВЕШЕН.

Вставим найденные цифры в код ПОЛНОГО ИМЕНИ АНДРЕЯ ВЛАСОВА:

191 = 106 \ 87 + 19 \ + 85 = 106-УДУШЕНИЕ + 85-ПОВЕШЕН, МЕСТЬ, ПЕТЛЯ.

ДАТА РОЖДЕНИЯ: 14.09.1901. Это = 14 + 09 + 19 + 01 = 43 = СУД, МЕЧ.

191 = 43 + 148-КАРАТЕЛЬНЫЙ, ПРИГОВОРЯТ.

ДАТА КАЗНИ: 1.08.1946. Это = 1 + 08 + 19 + 46 = 74 = РАСПРАВА, РЫВОК, УГАСАНИЕ = 19-ИЗ + 10-ЗА + 45-КАЗНИ = 30-КАРА + 44-ПАГУБА = 17-АМБА + 57-ВЕШАЛИ. Где код ГОДА казни = 19 + 46 = 65 = ВЕШАНИЕ.

191 = 74 + 117. Где 117 = ПРИГОВОРУ, ГУБЯЩАЯ = 15-НА + 102-ВИСЕЛИЦУ = 76-ВОЗМЕЗДИЕ + 41-УДАВКА.

ПОЛНАЯ ДАТА КАЗНИ = 129 + 65-код ГОДА, ВЕШАНИЕ = 194 = 2 Х 97-УБИЙСТВО = 108-ПРЕРВАТЬ + 86-ДЫХАНИЕ.

Число полных лет жизни = 76-СОРОК + 100-ЧЕТЫРЕ = 176 = ДЫХАТЕЛЬНОГО = 10-ЗА + 166-ПРЕДАТЕЛЬСТВО = 76-ВОЗМЕЗДИЕ, ПЕРЕЖИМ, СГУБЛЕН, ГУБИВШЕЕ + 100-ГИПОКСИЕЙ = 106-УДУШЕНИЕ + 70-ЖИЗНЬ, ИСХОД = 111-ПРАВОСУДИЕ + 65-ВЕШАНИЕ = 51-НАКАЗАН, УБИТ + 76-ПЕРЕЖИМ + 49-ГОРЛА.

Дополнение:

191 = 109-ОТМЩЕНИЕ, ОСУДЯТ, ПОВЕСЯТ, ВЗДЁРГИВАЮТ + 10-ЗА + 72-ИЗМЕНУ = НАСИЛЬСТВЕННАЯ = 121-АСФИКСИЯ + 70-ЖИЗНЬ, ИСХОД = 146-МЕХАНИЧЕСКОЕ + 45-КАЗНИ = 75-МЩЕНИЕ + 116-ПОВЕСИТЬ, ГИПОКСИЯ = 54-КАРОЙ, КАЮК, ВЗДОХ, ЗАЖАТИЕ + 137-ПОВЕШЕННЫЙ = 83-ВИСЕЛИЦА + 108-КАЗНЁННЫЙ = 97-ПРИГОВОР + 94-ВЗДЁРНУТ = 61-ВЗДЁРЖКА + 67-СЖАТОЕ + 63-ГОРЛО = 46-ЗАЖАЛО + 104-СОСУДЫ + 41-ШЕИ.

Он и еще восемь генералов стали героями битвы под Москвой. Как же начинается история предательства генерала Власова? Личность его насколько легендарна, настолько и загадочна. До сих пор многие факты, связанные с его судьбой, остаются спорными.

Дело из архивов, или Спор десятилетий

Уголовное дело Андрея Андреевича Власова состоит из тридцати двух томов. Шестьдесят лет к истории предательства генерала Власова не было доступа. Она находилась в архивах КГБ. Но теперь она без грифа секретности появилась на свет. Так кем был Андрей Андреевич? Героем, борцом со сталинским режимом или предателем?

Родился Андрей в 1901 году в семье крестьянина. Главным занятием его родителей было земледелие. Сначала будущий генерал учился в сельской школе, затем в семинарии. Прошел Гражданскую войну. Затем отучился в Академии Генерального штаба Красной армии. Если проследить всю его службу, то можно отметить, что он был человек, которому невероятно везло. История предательства генерала Власова в данном случае, конечно, не имеется в виду.

Основные моменты в военной карьере

В 1937 Андрей Андреевич назначен командиром 215 стрелкового полка, которым прокомандовал меньше года, так как уже в апреле 1937 года был сразу назначен помощником командира дивизии. А оттуда уехал в Китай. И это еще одна удача Андрея Власова. Там он служит с 1938 по 1939. В Китае тогда действовали три группы военных специалистов. Первая - нелегалы, вторая - это работающие под прикрытием, третья - военные специалисты в войсках.

Они работали одновременно как у Мао Цзэдуна, так и в войсках у Чан Кайши. Эта часть гигантского азиатского континента, за которую боролись тогда все разведки мира, была столь важна для СССР, что разведка работала в обоих противоборствующих лагерях. Андрей Андреевич был назначен на должность советника отдела в войсках Чан Кайши. Дальше генерал Власов, история предательства которого сегодня вызывает огромное количество споров, снова попадает в полосу везения.

Награды везучего генерала

В ноябре 1939 Власова назначают командиром 99 дивизии в Киевском военном округе. В сентябре 1940 здесь были проведены смотровые окружные учения. Их проводил новый нарком обороны Тимошенко. Дивизия была объявлена лучшей в Киевском округе.

А Андрей Андреевич стал лучшим командиром дивизии, мастером обучения и воспитания. И был представлен осенью по итогам учебного года к То, что происходит дальше, не поддается никакому объяснению. Потому что, вопреки всем порядкам и правилам, его награждают

Два покровителя и политическая карьера

Все эти события можно было бы объяснить очередным удачным стечением обстоятельств. Но это не совсем так. Андрей Андреевич прилагал огромные усилия для создания своего положительного образа в глазах руководства. Старт политической карьере Андрея Власова дали два человека. Это командующий Киевским военным округом Тимошенко и член военного совета первый секретарь ЦК компартии Украины Никита Хрущев. Именно они предложили его на должность командующего 37 армией.

В конце ноября 1940 Андрея Власова ждала очередная аттестация. Готовилось его следующее выдвижение на вышестоящую должность. Как же началась история предательства генерала Власова? Почему человек с такой судьбой стал темным пятном в истории СССР?

Начало военных действий, или Ошибки руководства

Началась война. Несмотря на упорное сопротивление, Красная армия терпит серьезные поражения в крупных битвах. Сотни тысяч красноармейцев попадают в плен к немцам. Некоторые из них вступают добровольцами в германскую армию либо по политическим убеждениям, либо для того, чтобы избежать голода и смерти подобно миллионам узников нацистских лагерей.

В Киевском котле немцы уничтожили более шестисот тысяч советских солдат. Многие командующие фронтов, начальники штабов армии тогда были расстреляны. Но Власов и Сандалов останутся живы, и судьба еще сведет их в битве под Москвой. В архивных документах тех лет записано, что 23 августа из-за ошибки, допущенной командованием юго-западного фронта и командующего 37 армией генерала Власова, немцам удалось форсировать Днепр на его участке.

Гибель армии, или Возможность попасть в плен

Здесь Андрей Андреевич первый раз попадает в окружение, бросает свои позиции и спешно пытается выйти из него. Чем, по сути, губит свою армию. Что удивительно. Несмотря на сложности выхода из окружения, генерал уверенно шел по тылам противника. Он мог легко попасть в плен. Но, видимо, даже малейшей возможностью для этого не воспользовался. История предательства генерала Власова еще впереди.

Зимой 1941 немецкие войска вплотную подошли к Москве. Сталин объявляет Командующим он назначает Андрея Андреевича. Именно Хрущев и Тимошенко предложили Власова на эту должность. В зимней битве под Москвой исчезает миф о непобедимости немецкой армии. Войскам четырех советских фронтов удалось нанести германцам первый сокрушительный удар, более ста тысяч солдат вермахта были убиты или попали в плен. Свой вклад в эту победу внесла и 20 армия под руководством генерала Власова.

Новое назначение и плен

Сталин повышает Андрея Андреевича в звании до генерал-лейтенанта. Так он становится известным в войсках. После битвы под Москвой пожинает плоды славы. Ему все время везет. Наступает его звездный час, но всякому везению приходит конец. Теперь перед читателю предстанет генерал Власов, история предательства которого перечеркнула все предыдущие достижения.

Андрея Андреевича становится заместителем командующего 2 Ударной армии, а затем и возглавляет ее. В ходе тяжелых кровопролитных боев значительная ее часть погибает в лесах. Но те, кто стремился выйти из окружения, небольшими группами могли прорваться за линию фронта. Однако Власов сознательно остался в населенном пункте. На следующий день, когда немецкий патруль стал выяснять его личность, то он вдруг неожиданно представился: генерал-лейтенант Власов, командарм 2 Ударной армии.

Последующая судьба и история Андрея Власова. Анатомия предательства

После пленения Андрей Андреевич попадает в специальный лагерь отдела пропаганды в Виннице, где с ним работают немецкие спецы. Он удивительно быстро принял предложение нацистов возглавить несуществующую русскую армию РОА. В середине 1943 года пропаганда вермахта распространяет информацию о том, что создана русская освободительная армия и новое российское правительство. Это так называемое "Смоленское воззвание", в котором Власов обещает русскому народу демократические права и свободу в освобожденной от Сталина и большевизма России.

Весну 1944 года Андрей Андреевич провел под домашним арестом на своей вилле в Далеме. Он отправлен туда Гитлером за памятную поездку по оккупированным территориям, где проявил слишком много самостоятельности. Но 14 ноября 1944 года стал днем триумфа Андрея Власова как командарма РОА. На официальную церемонию по случаю образования комитета освобождения народов России прибыла вся политическая верхушка вермахта. Кульминацией мероприятия становится провозглашение политической программы этого комитета.

Последние годы войны

О чем думал в то время генерал Власов? История предательства, Россия и народ, который никогда не простит его за этот поступок, не пугали его? Неужели он так верил в победу Германии? Рубеж 1944 и 1945 годов проходит под знаком многочисленных мероприятий в Берлине. На них он выбирает для своих политических целей советских военнопленных и остербайтеров. В начале 1945 с ним встречается Геббельс и Гимлер.

Затем 18 января он подписывает кредитный договор между правительством Германии и Россией. Как будто окончательная победа немцев является лишь вопросом времени. Весной 1945 дела для Германии складываются очень плохо. На западе наступают союзники, на востоке Красная армия не оставляет ни единого шанса на победу вермахта, занимая один немецкий город за другим. Так чем могла закончиться для такого человека, как генерал Власов, история предательства? Эпилог ее ждет читателя.

Первая дивизия или бесконечные поражения

Андрей Андреевич как будто не замечает происходящих событий. Для него, кажется, опять все складывается удачно. 10 февраля он торжественно принимает первую свою дивизию, которую для проверки отправляют на Восточный фронт. Столкновения здесь были короткими. Красную армию остановить нельзя. Солдаты РОА бегут, бросают позиции. Последнюю попытку хоть как-то реабилитировать себя в войне власовцы предприняли в Праге. Но и там потерпели поражение.

Опасаясь пленения советскими войсками, власовцы вместе с немцами спешно покидают Прагу. Отдельные группы сдаются в плен американцам. Двумя днями ранее это сделал сам генерал Власов. Перед танковым корпусом Фоминых и Крюкова поставлена задача прорваться на базу, где держат Андрея Андреевича и его ближайших сподвижников, захватить их и доставить в Москву.

Затем на Лубянке в течение года будет идти следствие. Одиннадцать офицеров и сам Власов, история предательства которого тщательно изучена специалистами Лубянки, 30 июля 1946 приговариваются к смертной казни через повешение по обвинению в государственной измене.

Личность Власова

Генерал-лейтенант Андрей Андреевич Власов (1901 – 1946) - личность столь же легендарная, столь же «мифологическая, как и маршал Г. К. Жуков. В годы войны его имя стало в Красной Армии синонимом предательства. После войны эмиграция второй волны превозносила Власова до небес как идейного борца со сталинским режимом. В таком качестве генерала вновь начали представлять в 90-х гг. в новой России. Этот человек - одна из самых спорных фигур Второй мировой войны.

Биография Власова

Власов родился 1 сентября 1901 году в селе Ломакино Нижегородской губернии в семье крестьянина-середняка. Окончил духовное училище и два класса духовной семинарии в Нижнем Новгороде. В 1918 году поступил в Московский сельскохозяйственный институт. В 1920 году пошёл в Красную Армию. После обучения на пехотных курсах Андрей Андреевич командовал взводом, ротой, участвовал в боях против армии Врангеля. По окончании Гражданской войны карьера Власова продвигалась медленно. Он был командиром батальона, затем командиром полка, начальником отдела штa6a округа, командиром дивизии. В 1929 г. Власов окончил курсы «Выстрел», а годом позже вступил в партию. В 1935 г. Андрей Андреевич прослушал первый курс Военной академии имени М. В. Фрунзе. В 1938 г. его назначили командиром 99-й стрелковой дивизии Эта дивизия была признана одной из лучших в Красной Армии. После оккупации Польши между советской и германской армиями установились тесные военные контакты. В декабре 1940 года прошло совещание высшего комсостава. Выступал на нём и Власов. Он, в частности, выделил дисциплинарную роль строевой подготовки: «Мы живём на границе, каждый день видим немцев. Куда бы ни шёл немецкий взвод, они идут исключительно четко, одеты все однообразно. Я указывал своим бойцам: "Вот - капиталистическая армия, а мы должны добиться результатов в десять раз больше.” И бойцы обращая внимание. Ведь за 100 метров мы хорошо видим друг друга и, наблюдая немецкие взводы, наши взводы стали крепко подтягиваться...» Власов отмечал, что были случаи, когда немецкий офицер нас чётко приветствовал, а наши - нет. Тогда «мы говорили, что дружественную сторону нужно приветствовать», и теперь красноармейцы стали это делать. Андрей Андреевич ещё не предполагал что через два года кажется пленным «дружественной» армии. В январе 1941 года Власова назначили командиром 4-го механизированного корпуса. В начале войны этот корпус, расположенный в районе Львова, удачнее других дрался с немцами и смог вырваться из окружения. Власова повысили по службе. Он возглавил 37-ю армию, упорно оборонявшую Киев. Командарм был среди немногих, кому посчастливилось выйти из киевского «котла».

В ноябре 1941 г Власов сформировал 20-ю армию, участвовавшую в битве под Москвой. За успешное руководство прорывом немецкого рубежа на реке Ламе и взятие Солнечногорска его в январе 1942 г. наградили орденом Красного Знамени и произвели в генерал-лейтенанты. Тогда же в боевой характеристике Георгий Жуков писал: «Лично генерал-лейтенант Власов в оперативном отношении подготовлен хорошо, организационные навыки имеет. С управлением войсками справляется вполне». В марте 1942 года Власов как заместитель командующего Волховским фронтом был направлен командующим фронтом генералом армии Кириллом Афанасьевичем Мерецковым во 2-ю Ударную армию, где сложилось тяжёлое положение. 20 апреля его назначили по совместительству командующим этой армией. 2-я Ударная ещё до прибытия Власова оказалась связана со своими лишь узким коридором. Немцы всё более сужали «горловину», насквозь простреливаемую артиллерией, а у нового командующего не хватало сил и средств выправить положение. В 20-х числах июня в войсках кончились боеприпасы и продовольствие, нарушилось управление дивизиями. Разрозненными группами бойцы 2-й Ударной пытались пробиться к своим. С несколькими сотрудниками штаба и личным поваром Марией Вороновой Власов около трёх недель блуждал по лесам и болотам. 11 июля они остановились на ночлег в деревне Туховежи. Местный староста запер их в сарае и сообщил немцам. Когда те ворвались в сарай, Власов на ломаном немецком закричал: «Не стрелять, я генерал Власов.

Андрей Андреевич понял, что его служба в Красной Армии закончилacь. С точки зрения сталинского руководства пленные были не солдатами, а предателями. Те из пленных генералов, кто пережил войну, в большинстве своем были либо pacтpeляны, либо оказались в лагерях. Летом 1942 г. Власов верил в победу Германии и решил связать свою судьбу с Гитлером. Власова отправили в Винницкий лагерь, где содержались советские генералы. Там с ним встретился офицер-переводчик Вильфрид Штрнк-Штрикфельдт, выходец из Прибалтики, свободно говоривший по-русски. Власов заявил ему о своей готовности бороться против Сталина и согласился написать антисоветскую листовку. Позднее рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер следующим образом охарактеризовал Власова: «Во всём этом деле пропаганды Власова я испытывал большой страх. У русских есть свои идеалы. А тут подоспели идеи г-на Власова: Россия никогда не была побеждена Германией; Россия может быть побеждена только самими русскими. И вот эта русская свинья г-н Власов предлагает для сего свои услуги. Кое-какие старики у нас хотели дать этому человеку миллионную армию. Этому ненадёжному типу они хотели дать в руки оружие и оснащение, чтобы он двинулся с этим оружием против России, а может, однажды, что очень вероятно, чего доброго, и против нас самих!».

3 августа 1942 года Власов обратился с письмом к Гитлеру, прося разрешить сформировать «Русскую освободительную армию» (РОА) из пленных и эмигрантов, поскольку ничто не подействует на красноармейцев так сильно, как выступление рycских соединений на стороне немецких войск..». Однако немцы о русской государственности не помышляли, а Власова и РОА рассматривали только как инструмент пропаганды и разведки. 27 декабря 1942 года созданный под председательством Власова Русский комитет, куда вошло ещё несколько бывших генералов и офицеров Красной Армии, обратился с воззванием к населению СССР. Хотя комитет размещался в пригороде Берлина, в пропагандистских целях местом составления воззвания был указан Смоленск. Русский комитет объявил о создании РОА и призвал к уничтожению большевизма, союзу с Германией и построению «новой России - без большевиков и капиталистов».

В начале 1943 года на форму солдат русских охранных батальонов вермахта были нашиты синие адреевскиe кресты и буквы РОА, что должно было обозначать их принадлежность к власовской армии. Однако фактически Власов ими не руководил.

Весной 1943 года он с разрешения немецкого командования предпринял несколько поездок по оккупированным советским территориям. Его речи перед населением были не совсем такими, каких ожидало берлинское руководство. В Смоленске, например, он сказал: «Я не марионетка Гитлера». В Луге спросил собравшихся: «Хотите вы стать рабами немцев?». «Нет!» - отвечала толпа. «Я тоже так думаю. Но пока германский народ поможет нам, как русский народ помог ему в борьбе с Наполеоном.

Деятельность штаба РОА сводилась сначала к выпуску газет «Заря» и «Доброволец» и организации пропагандистских курсов. Многие немецкие генералы ещё с 1941 года поддерживали идею формирования прогерманской русской армии, считая её необходимой для победы над СССР, но Гитлер был категорически против этого. В июне 1943 года он запретил всякие боевые формирования РОА, а сам Власов на некоторое время был даже взят под домашний арест.

В 1945 году в немецких вооруженных силах служило около 427 тыс. русских и украинцев. Впоследствии именно их и стали называть «влaсовцами», хотя к самому Bласовy они не имели никакого отношения. Немецкое руководство не хотело передавать эти формирования под командование Власова, боясь усиления его армии. Поэтому фактически РОА до конца 1944 года не существовала.

Однако положение вермахта на фронтах ухудшалось, и уже сам Гиммлер вынужден был 16 сентября 1944 г. принять «свинью» Власова. Этому предшествовала женитьба Андрея Андреевича на Адель Биленберг, вдове высокопоставленного офицера СС. Первая жена Власова, оставшаяся в СССР, была арестована и отправлена в лагерь, как только стало известно об измене мужа.

Г. Гиммлер разрешил сформировать боеспособные соединения POA и предложил Власову объединить все антисоветские национальные организации и воинские части под эгидой «Комитета освобождения народов России» (КОНР) - прообраза постсоветского правительства. 14 ноября 1944 года в Праге был оглашён манифест КОНРа, председателем которого избрали Власова.

До конца войны были сформированы две дивизии и бригада РОА, а также несколько частей, включая авиацию. Третья дивизия находилась в стадии формирования. Численность РОА составила около 50 тысяч человек Комплектовались власовские части главным образом из уже существующих русских добровольческих батальонов и частей СС, а также освобождаемых из лагерей пленных и бывших восточный рабочих.
К Власову стали проявлять запоздалый интерес не только Гиммлер, но и другие руководители Третьего рейха.

28 февраля 1945 года, с генералом встретился Йозеф Геббельс, оставивший следующий отзыв: «Генерал Власов в высшей степени интеллигентный и энергичный русский военачальник. Он считает, что Россия может быть спасена только в том случае, если будет освобождена от большевистской идеологии и усвоит идеологию вроде той, которую имеет немецкий народ в виде национал-социализма. Он характеризует Сталина как человека чрезвычайно хитрого, настоящего иезуита. Ни одному слову которого нельзя верить.У большевизма в русском народе до начала войны было сравнительно мало сознательных и фанатичных приверженцев. Однако Сталину удалось при нашем продвижении по советской территории сделать войну против нас священным патриотическим делом, что имело решающее значение.

В нашей восточной политике мы могли бы достичь очень многого, если бы ещё в 1941 и 1942 годах действовали в соответствии с принципами, за которые ратует здесь Власов. Но требуются очень большие усилия, чтобы исправить наши упущения. И все же наверстать упущенное было уже невозможно.

Единственный раз части 1-й дивизии РОА генерала Сергея Буняченко участвовали в бою против Красной Армии. Тогда, 13 апреля 1945 года, по приказу немецкого командования, они атаковали советский плацдарм Эрленгоф на западном берегу Одера. Атака не удалась, и Буняченко отвёл дивизию с фронта. Немцы, которым оставалось меньше месяца до капитуляции, преследовать их не стали. Власов приказал своим войскам отступать в Чехию где вместе с РОА рассчитывал сдаться американцам. В конце апреля - начале мая было достигнуто соглашение РОА с кругами, близкими к эмигрантскому чехословацкому правительству, готовившими в Праге восстание против немцев. В обмен на военную помощь Власов и его армия надеялись получить политическое убежище в Чехословакии, не зная, что по соглашению между советским и американским командованием Прагу должна была освобождать Красная Армия. 6 и 7 мая дивизия Буняченко атаковала немецкий гарнизон Праги, заняла аэропорт и оказала большую помощь восставшим. Эсэсовские части, пытавшиеся подавить восстание, были поражены увидев, что на противнике тоже форма СС.

Однако 7 мая 1948 года в Праге появились офицеры связи Красной Армии. Один из них по телефону предложил Буняченко от имени Сталина со своей дивизией «вернуться в объятья Родины». Буняченко передал Сталину ответное пожелание - из одних: ругательств - и 8 мая со своими солдатами покинул город, вместе с немцами двинувшись навстречу американцам.

Большинство власовцев ушло на занятую американскими войсками территорию Чехии и Баварии. Многие из них позднее были выданы союзниками Сталину. Сам Власов со своим штабом при содействии американцев был захвачен советским танковым подразделением. Из примерно 50 тыс. солдат и офицеров РОА выдачи избежали около 10 тыс. человек.

Власова привезли в Москву, где в течение года велось следствие. 31 июля 1946 г. руководители POA предстали перед Военной коллегией Верховного суда. Заседание было закрытым.

На суде Власов и его товарищи признаки свою вину. Бывший главнокомандующий «Русской освободительной армии» в последнем слове сказал: «Первое грехопадение -сдача в плен. Но я не только полностью раскаялся, правда, поздно, но на суде и следствии старался как можно яснее выявить всю шайку. Ожидаю жесточайшую кару». Насчёт кары Власов не ошибся - все подсудимые были приговорены к смертной казни.
В тот же день, 1 августа 1946 года Андрея Андреевича Власова повесили вместе с генералами Василием Малышкиным, Георгием Жиленковым, Фёдором Трухиным, Сергеем Буняченко, Виктором Мальцевым.

Мысли о Власове

Анализируя жизненный путь и особенности личности генерал-лейтенанта Андрея Андреевича Власова, трудно не согласиться с тем, что он навсегда останется в истории нашего отечества. Но будет ли вечно стоять вопрос в том, кто он: предатель своего народа или патриот – борец против большевизма, идеологии разрушения человека и его души? Оценка его личности, несомненно, всегда будет зависеть от того положения, в котором будет находиться наше и его отечество, Россия. И вот, уже из только что сказанного мы можем понять, кем был Андрей Власов. Те, кто считал его предателем, в своё время, не жалея своей жизни, шли в бой против жестокого врага и гибли под гусеницами танков и градом пуль, те, кто считал его предателем, большую часть своей жизни посвятили тому, что верою и правдою служили русскому народу и русской земле, пусть даже в составе ненавистного многим сегодня СССР, где русские были прекрасно защищены, в отличие от сегодняшней России, сильной армией, неподкупными правоохранительными органами, мощной экономикой и прекрасной культурой. А кто же его считает патриотом? Одна часть – это потомки бежавших из России противников советской власти. Эти люди, как правило, всё ещё живут вдалеке от своей исторической Родины и зачастую не имеют у себя за границей объективных источников информации, потому их мнение можно не учитывать. Подавляющем же большинством сторонников Власова-патриота были те, кто в глубине своей души всегда ненавидел Россию и её народ, кто наводил в России смуту тайком растаскивал её народные богатства.

Да и как вообще можно считать патриотом того, кто поступил на службу к человеку, который нёс горе и смерть его народу. Конечно, в Кремле тоже сидели те, кто принёс немало горя всем русским, кто фактически заставил всех пленных стать предателями (за то их всех потом постигла кара Господа), но нельзя было не учитывать того, что на них тогда держалась русская земля; если бы не они, нашим врагам было бы значительно легче достигнуть стопроцентного успеха. Также нужно вспомнить тех, кто предпочёл умереть сражаясь или мучаться в плену до конца, но не пошёл на контакт с врагом. То, что Власов хотел якобы лишь воспользоваться военной мощью Германии, а затем, после разгрома большевизма в России, повернуть её против самих немцев, тоже никак не может быть оправданием, поскольку среди нацистов было достаточно умных людей, которые прекрасно понимали, что к чему может привести. Скорее всего, Власов был даже предателем. Во-первых, он, перейдя на сторону немцев, предал русский народ и советскую власть; во-вторых, он, сбежав с фронта и покаявшись перед советской властью, предал и фашистов, которые за несколько лет до этого сохранили ему его жизнь. Такой человек вряд ли заслуживает уважения. Власову в 90-ых годах в России и на западе пытались создать образ ярого бойца за демократию. Такое, откровенно говоря, иначе как бредом просто не назовёшь. Человек, командовавший частями армии тоталитарного государства, демократ? Да и солдаты его особой гуманностью, характерной истинным демократам, не отличались. По словам очевидцев, многие власовцы были ещё даже более жестокими, чем сами немцы.

Таким образом, учитывая всё выше сказанное, можно сказать, что Андрей Власов – это человек, который в трудную минуту предал свою Родину и свой народ, благодаря врагам, ставший «патриотом», но, тем не менее, его имя, имя народного изменника, никогда не будет предано забвению; так она была велика его измена.

P.S. к размышлению: Если Андрей Андреевич Власов действительно был таким ярым антикоммунистом, то тогда зачем он в 1920 году пошёл на службу в Красную Армию и участвовал в боях против армии белого генерала Петра Николаевича Врангеля?

Использованная литература: Энциклопедия для детей. История России XX век.

Показать источник

В № за 2004 г. была опубликована статья В.Рыжова «Человек из трясины», посвящённая генералу А.А.Власову, образ которого, несмотря на многочисленные исследования и публикации, до сих пор вызывает споры. Их участники зачастую крайне категоричны. Для одних А.А.Власов - безусловный предатель, для других - рыцарь, борец со сталинским режимом. Но в жизни, как известно, всё гораздо сложнее. Вот почему редакция, получив материал, который корректирует и дополняет мнение В.Рыжова, традиционно считающего генерала А.А.Власова предателем, решила его опубликовать. Нам кажется, что иное мнение, подтверждённое фактами и ссылками на исторические источники, заслуживает внимания и будет небезынтересно учителям истории, которые, возможно, смогут составить собственное мнение о печально знаменитом генерале. Поэтому, как нам представляется, открытое обсуждение точки зрения В.Рыжова будет полезно и её сторонникам, и оппонентам.

При просмотре одного из номеров газеты «История» внимание автора этих строк привлекла публикация Валерия Рыжова «Человек из трясины», посвящённая судьбе заместителя командующего Волховским фронтом и командующего 2-й Ударной армией генерал-лейтенанта А.А.Власова. По роду своей деятельности мне приходится профессионально заниматься историей Власовского движения и проблемой участия граждан Советского Союза в боевых действиях на стороне противника во время Второй мировой войны, вот почему в ходе чтения публикации возник ряд серьёзных замечаний и дополнений, которые могут быть интересны читателям. Несомненное достоинство статьи - желание автора избегать традиционных, советского времени, стереотипных оценок. В этом отношении статья выгодно отличается от подавляющего большинства публицистических очерков о Власове, периодически появляющихся на страницах печати. Однако, к сожалению, в силу ли недостаточно глубокого владения предметом исследования или других каких-либо причин, но В. Рыжов допустил ряд серьёзных фактических ошибок, требующих исправлений и уточнений. Кроме того, он вольно или невольно умолчал о сюжетах и событиях, имеющих самое непосредственное отношение и к судьбе генерала Власова, и к судьбе тех, кто разделил его участь.
Начнём с того, что удивляет перечень литературы, рекомендованной читателям в разделе «Советуем прочитать». Низкопробная с литературной точки зрения художественная проза Н.М.Коняева и Им. Левина («Два лица генерала Власова» и «Генерал Власов по ту и эту сторону линии фронта») никакого отношения к историческим исследованиям не имеет. Появление большими тиражами подобного околоисторического ширпотреба - как следствие публикации в 1973 г. некогда знаменитого романа Аркадия Васильева «В час дня, Ваше превосходительство...», так и низкой исторической культуры, увы, свойственной нашему современному обществу. Примитивная компиляция избранных суждений и свидетельств из опубликованной на Западе «власовской» литературы, разбавленная собственными фантазиями и фальсификациями, - вот что представляет собой творчество и Коняева, и Левина. С неменьшим успехом можно было бы посоветовать читателям «Истории» знакомиться с отечественной историей исключительно при помощи сочинений небезызвестного В. Пикуля, хотя Пикуль, конечно, несомненно талантливее упомянутых публицистов. Появившаяся в 1996 г. одинокая статья Пальчикова «История генерала Власова» более близка к жанру исторического исследования, но и в ней содержатся фактические несуразицы, подробно писать о которых не позволяют ограниченные рамки этой публикации. Кроме того, работа Пальчикова не выдерживает никакой конкуренции в сравнении с рядом ценных монографий, в упомянутом перечне литературы, приведённой Рыжовым, не отражённых. Брошюрка А.Н. Колесника («Генерал Власов - предатель или герой?») была первой в серии многотиражных публикаций о генерале. Безусловный интерес представляет опубликованный в ней протокол так называемого «судебного процесса» над Власовым и старшими офицерами его армии. Но этот документ, извлечённый из архивных фондов МГБ СССР, настолько специфичен и требует настолько специального прочтения, что вряд ли имеет смысл использовать его в качестве источника информации о собственно Власовском движении. Печально, что В. Рыжов упустил несколько действительно профессиональных работ, посвящённых проблеме советского военно-политического коллаборационизма, которые были опубликованы в России за последние годы.

Автор бегло познакомил читателя с основными вехами биографии и служебной карьеры А.А.Власова в РККА. Однако кое-какие факты он снабдил спорными замечаниями, а кое о чём умолчал. Например, нелепо утверждать, что карьерный рост Власова был связан с репрессиями против командных кадров РККА в 1937-1938 гг., тем более что никаких доказательств этой надуманной связи В. Рыжов и не приводит. Власов получил звание майора в январе 1936 г. (приказ наркома обороны № 0391). В 1935-37 гг. он служил в штабе Ленинградского военного округа, а в августе 1937 г. стал командиром 215-го стрелкового полка. Через полгода (февраль 1938 г.) майор Власов принял командование 133-м стрелковым полком 72-й стрелковой дивизии, а в апреле 1938 г. был назначен помощником командира дивизии. Полковником он стал более чем через два года после присвоения предыдущего звания - в августе 1938 г. (приказ наркома обороны № 01378). Таким образом, до правительственной командировки в Китай Власов 9 месяцев был командиром стрелкового полка и 6 месяцев помощником командира дивизии. Заметим, что это обычный должностной норматив. А командиром 72-й дивизии полковник Власов на короткий срок стал лишь в январе 1940 г., когда массовые репрессии в Красной армии уже год как прекратились. В.Рыжову неплохо бы тут заметить, что орден В.И.Ленина Власов получил зимой 1941 г. именно за командировку в Китай.
Что-то неладно у В.Рыжова со знанием истории начального периода войны. Например, он пишет, что контратака 4-го танкового корпуса генерал-майора А.А.Власова под Бердичевым не состоялась . На самом деле она состоялась в период 9-16 июля 1941 г., в результате чего 16-я танковая дивизия Вермахта понесла ощутимые потери. Об этом же, кстати, свидетельствует в своих известных мемуарах и Г.К. Жуков. Далее, вряд ли правомерно связывать окружение советских армий под Киевом с тем, что 37-я армия Власова жёстко защищала город, т.к. Сталин настаивал на удержании Киева любой ценой. В. Рыжов уничижает Власова и словами о том, что к 1 ноября 1941 г. он вышел из немецкого окружения лишь со своей «военно-полевой женой» А.П.Подмазенко. Полноте, полтора месяца скитаний по тылам противника при неприкрытой враждебности местного населения - это не туристическая прогулка с шашлыками. Напомним, что на Юго-Западном направлении в августе-октябре 1941 г. советские генералы К.Л.Добросердов, П.Г.Понеделин, П.Ф.Привалов, Я.И.Тонконогов, комбриг Н.Г.Лазутин и др. вообще из окружения не вышли - ни с войсками, ни с «военно-полевыми жёнами». Наверное, это не их вина, но Власов-то вышел. Когда-то в Русской Императорской армии выход из окружения в одиночку по тылам противника считался подвигом.
Пользуясь фантазиями Н.М. Коняева, В. Рыжов вновь грешит против истины, утверждая, что А.А. Власов отсутствовал во вверенной ему 20-й армии Западного фронта в первой половине декабря 1941 г. Распространённое утверждение о том, что он не командовал армией 6-19 декабря «по причине воспаления среднего уха» - не более чем легенда. Во-первых, Власов был упомянут в сводке Совинформбюро в перечне отличившихся советских генералов уже 13 декабря, а во-вторых, 16 декабря на КП у Власова взял интервью американский журналист Л.Лесюер. Наконец, в архивных делах 20-й армии, хранящихся в Центральном архиве Министерства обороны в Подольске (фонд 373, опись 6631), достаточно приказов по армии за декабрь 1941 г. - январь 1942 г., подписанных Власовым. В том числе - о категорическом запрете расстрелов военнопленных противника, о недопустимости представления в штаб армии ложных донесений и сведений о трофеях и т.д. Ещё одна ошибка - за умелое управление войсками 20-й армии в ходе Московского контрнаступления В. Рыжов «наградил» Власова 22 февраля 1942 г. вторым орденом Ленина. На самом деле генерал был награждён орденом Красного Знамени, и не 22, а 1 февраля.
Перечисляя фамилии старших командиров 2-й Ударной армии, В. Рыжов походя замечает: «Начальник штаба армии Виноградов погиб. Начальник Особого отдела Шишков застрелился. Комиссар армии Зуев погиб в схватке с немецким патрулём, пытаясь выйти из окружения. Генерал-лейтенант Власов сдался в плен». Всё-таки неплохо бы автору статьи читать специальную литературу, прежде чем браться за перо. Начальника Особого отдела штаба 2-й Ударной майора госбезопасности звали не Шишков, а А.Г. Шашков. Комиссар И.В. Зуев действительно застрелился во время схватки с патрулём противника, но патруль этот навели на скрывавшегося комиссара местные вольнонаёмные рабочие, работавшие на отметке 105 км железнодорожного участка Бабино-Торфяное. (Что-то комиссары и политработники при выходе из окружения в 1941-1942 гг. часто попадали в подобные ситуации - интересно, почему?) Наконец, вопреки заявлению В. Рыжова, генерал Власов в плен к противнику не сдавался . Немцам его выдали местные крестьяне-староверы (ох, уж эти странные местные жители!).
Обстоятельства пленения Власова выглядит в реальности так. К 22 июня 1942 г. подразделения 2-й Ударной армии оказались окончательно рассечены на отдельные очаги сопротивления. Штаб армии 22-23 июня находился близ р. Глушица в районе Дровяного Поля (по карте южнее ж/д ст. Чудово), подвергаясь периодическим атакам пехоты противника. В связи с создавшейся обстановкой командующий, штаб и военный совет армии приняли решение выходить мелкими группами в расположение советских войск 59-й армии. А.А. Власов приказал отделам штаба пробиваться к своим в составе заранее предписанных частей прорыва, сформированных из бойцов 46-й и 382-й стрелковых дивизий. В штабной колонне вместе с командармом оказались 100-120 бойцов и командиров. Среди них были начальники: штаба армии - полковник П.С.Виноградов, Особого отдела НКВД - майор госбезопасности А.Г. Шашков, связи армии - генерал-майор А.В. Афанасьев, разведотдела - полковник А.С. Рогов и др.
24 июня около 23.00 колонна под прикрытием автоматчиков особого отдела НКВД и бойцов роты охраны двинулась к месторасположению штаба 46-й стрелковой дивизии, но близ р. Полисть попала под артиллерийско-миномётный обстрел противника и рассыпалась. Рогов к своим вышел чудом, а рота особистов была накрыта миномётным огнём в болотах между р. Глушица и р. Полисть. Смертельно раненый разрывом мины Шашков застрелился около 2 часов ночи 25 июня. Группа, в которой остался А.А. Власов (40-45 человек), пересидела обстрел в большой воронке, где командарм получил лёгкое ранение в ногу. 25 июня в 9.30 немцы окончательно перерезали «коридор» в районе Мясного Бора и плотно блокировали истерзанные подразделения армии, окружённые в районе Дровяного Поля. Группа Власова близ бывшего КП 382-й дивизии соединилась с бойцами 46-й дивизии во главе с её командиром полковником Ф.Е.Чёрным, но затем они расстались, решив действовать самостоятельно. В ночь на 28 июня из района Мясного Бора вышли последние шесть бойцов, и 29 июня немецкий генерал-полковник Ф.Гальдер сделал в своём дневнике запись о ликвидации окружённой группировки советских войск на Волхове.

25-26 июня вместе с Власовым искали спасения около 50 человек. Есть сведения, что днём 25 июня командарм, потрясённый бессмысленной гибелью армии, впал в шок и находился в таком состоянии несколько суток. Однако «сенсационные» утверждения Коняева о том, что Власов вместе с поваром М.И. Вороновой в период с 27 июня по 12 июля якобы прятался на безвестном КП с запасом продуктов - не более чем художественный вымысел. 26 июня отряд Власова, которым командовал полковник Виноградов, переправился через р. Кересть близ Ольховских хуторов и взял направление на село Вдицко. Примерно с 27-28 июня отряд Власова и Виноградова бродил в районе деревни Шелковка. Днём отсиживались в старых блиндажах и примитивных укрытиях, ночью высылали разведчиков на поиски продовольствия. В скоротечных стычках силы отряда непрерывно таяли. О скитаниях Власова на протяжении первой декады июля и обстоятельствах его пленения 12 июля 1942 г. подробные представления дают показания М.И. Вороновой, допрошенной 21 сентября 1945 г. в Барановичском УНКГБ, а также отчёт переводчика XXXVIII армейского корпуса 18-й армии Вермахта зондерфюрера К. Пельхау. Оба источника совпадают между собой в основных деталях. К концу первой декады июля общим решением командиров отряда было решено пересечь железнодорожную линию Батецкая - Ленинград и выдвинуться по направлению к деревне Поддубье. Вероятно, именно при пересечении железнодорожного полотна полковник Виноградов получил ранение. Начальника штаба от потери крови постоянно знобило, и Власов отдал ему собственную шинель с генеральскими знаками различия.

В ночь на 9 или 10 июля сильно поредевший отряд, насчитывавший не более 25-30 человек, остановился в 2 км от Поддубья. Виноградов предложил дальше пробираться мелкими группами, и отряд распался. Судьба Власова, конечно, могла сложиться иначе. Например, генерал Афанасьев уже 13 июля у деревни Остров встретил партизан под командованием И.И. Дмитриева и вскоре эвакуировался самолётом в тыл. Что касается группы Власова, в ней остались еле живой Виноградов, шофер Погибко, солдат Котов и повариха Воронова. Котов и Погибко, вероятно, повели Виноградова в деревню Ям-Тесово, надеясь оказать ему помощь, но от потери крови начальник штаба скончался. Судьба Котова и Погибко осталась неизвестной, а труп Виноградова в шинели Власова был обнаружен 11 июля патрулём противника из состава XXXVIII корпуса во главе с капитаном М. фон Швердтнером. Первоначально немцы приняли умершего за командующего армией. Но в тот же день вечером Власов и Воронова пришли в соседнюю деревню Туховежи в поисках съестного. Дом, в который они обратились, оказался домом местного старосты. Пока Власов и Воронова ели, староста вызвал местную вспомогательную полицию («самоохрану»), которая окружила дом и арестовала скитальцев, при этом Власов настойчиво выдавал себя за учителя-беженца.
Арестованных посадили под замок в сарай, а на следующий день патруль фон Швердтнера прибыл в Туховежи и опознал Власова (по портрету в газете), кстати, подметив его некоторое сходство с умершим Виноградовым. Староста за выдачу Власова получил от немецкого командования 18-й армии корову, 10 пачек махорки, две бутылки тминной водки и почётную грамоту. Конечно, Власов мог при аресте застрелиться - советского человека партия учила безразлично относиться и к собственной, и к чужой жизни. Но к июлю 1942 г. в немецком плену оказались более 70 генералов Красной армии. Подавляющее большинство из них могли застрелиться при пленении, но по странному стечению обстоятельств не застрелились, включая генералов, чья судьба традиционно противопоставляется судьбе Власова: Д.М.Карбышева, М.Ф.Лукина, П.Г.Понеделина и др. Им почему-то никто не ставит в вину отсутствие попытки самоубийства. Те же, кто до сих пор укоряют Власова несостоявшимся самоубийством, пусть попробуют поставить себя на его место.

В. Рыжов полагает, что в плену Власов поддался искушению, променяв концлагерь на «комфортный особняк в Берлине», но подобное суждение лукаво. Власов сидел не в концлагере, а в лагере военнопленных - между этими понятиями существовала принципиальная разница. С пленными полковниками и генералами Красной армии обращались несравнимо лучше, чем с рядовыми бойцами и младшими командирами, тем более что страшная для военнопленных по уровню смертности зима 1941-1942 гг. осталась в прошлом. Из 83 пленных генералов, комбригов и командиров, чьи звания к таковым можно приравнять, от голода, лишений, последствий полученных ранений и болезней в немецком плену умерли всего 9 человек - меньше 8%! Власов был физически крепок, здоров, комфортом не избалован. Он имел все шансы сохранить в плену жизнь и, возвратившись после войны на родину, занять тёплую номенклатурную должность начальника кафедры в каком-нибудь вузе. Так произошло с генералами И.И.Алексеевым, И.М.Антюфеевым, И.П.Бикжановым, М.Д.Борисовым, К.Л.Добросердовым, А.С.Зотовым, И.А.Корниловым, И.И.Мельниковым, М.Г.Снеговым и другими, ничем не скомпрометировавшими себя перед режимом. Так могло произойти и с командующим 2-й Ударной армией.
Власов же, подписывая после долгих размышлений первое антисталинское заявление, прекрасно понимал, что меняет лагерный барак... не на «комфортный особняк», а на петлю во дворе Бутырской тюрьмы . Не было у него и иллюзий относительно возможной участи родных и близких, оставшихся в СССР. Лишним подтверждением тому могут служить малоизвестные слова генерал-лейтенанта М.Ф.Лукина, которыми бывший командующий 19-й армией отчасти мотивировал собственное нежелание участвовать во Власовском движении: «Я знаю, что меня ждёт на Родине: пенсия и скромный домик, где я как калека мог бы дожить свою жизнь». И как бы к Власову и его поступку ни относиться, нельзя не признать очевидного: вполне благополучный, успешный советский генерал, обласканный Системой и вождём, сознательно отказался «от пенсии и скромного домика» во имя призрачной, почти неосуществимой возможности стать во главе антисталинского движения. Вот этого серьёзного обстоятельства в судьбе генерала В. Рыжов либо не видит, либо не принимает во внимание.
Конечно, бесспорно, генерал Власов совершил государственную измену, согласившись возглавить антисталинский Комитет. Однако изменил Власов государству, систематически истреблявшему миллионы собственных граждан, лишившему их прав состояния и собственности, наконец, сознательно отказавшемуся защищать права своих военнопленных. Почему, в таком случае, военнопленные были обязаны сохранять гражданскую лояльность подобному государству? Аналогичный поступок в советском плену совершил командир LI армейского корпуса 6-й армии Вермахта генерал артиллерии Вальтер фон Зейдлиц-Курцбах, ставший в 1943 г. одним из руководителей антинацистских Союза немецких офицеров (СНО) и Национального комитета «Свободная Германия» (НКСГ). В Западной Германии в 1956 г. генерал Зейдлиц был реабилитирован, он считается героем, т.к. «руководствовался в своей деятельности преимущественно враждебным отношением к национал-социализму» . Хотя, заметим, масштаб преступлений, совершённых нацистами по отношению к немецкому народу, не идёт ни в какое сравнение с масштабом преступлений, совершённых партийной номенклатурой РКП(б) - ВКП(б) по отношению к русскому народу и другим народам России.

Зейдлиц был лишь травмирован судьбой десятков тысяч солдат и офицеров 6-й армии, обречённых Гитлером на смерть в Сталинграде и в последующем советском плену. А Власов и те, кто пошёл за ним, могли предъявить Сталину и партии гораздо более страшные обвинения, помимо бездарно погубленных армий в 1941-1942 гг. Наиболее серьёзным упущением В. Рыжова нам представляется и тот факт, что феномен судьбы Власова и его обречённого движения он рассматривает вне контекста эпохи и предыдущих десятилетий истории советского государства. Напомню читателям, что размах террора, развязанного в 30-е гг. партийно-чекистской номенклатурой против собственного народа, вряд ли имеет аналоги в истории. Например, только по официальным данным, в 1932-1940 гг. в местах спецпоселений от нечеловеческих условий существования и каторжного труда умерло 1,8 млн раскулаченных крестьян. Жертвы организованного властью после коллективизации голода 1932-1933 гг. на Дону и Кубани, в Казахстане, Молдавии, Поволжье, на Украине составили не менее 7,5-8 млн человек. Только в 1936-1938 гг. в СССР органы НКВД арестовали 1 420 711 человек, из которых 678 407 были приговорены к расстрелу. В 1917-1941 гг. большевики уничтожили 134 тыс. клириков Русской Православной церкви. Какой ещё народ пережил что-то подобное?! Нетрудно представить, что беспрецедентные социальные коллизии неизбежно должны были привести к массовому сотрудничеству части населения и военнопленных с противником в условиях большой войны. И не с этим ли печальным обстоятельством в первую очередь связан тот факт, что в 1941-1945 гг. на стороне германских вооружённых сил несли военную службу примерно 1,1 млн граждан СССР? А ведь это означает, что примерно каждый 17-й военнослужащий на стороне противника был нашим соотечественником. В этой связи появление на исторической сцене такой фигуры, как генерал Власов, было в известной степени естественным событием, порождённым советской реальностью. Так что бессмысленно сводить к заурядному предательству поступок человека, совершённый по отношению к стране, находящейся фактически в состоянии гражданской войны, никуда не исчезнувшем с началом Второй мировой.

Отдельные суждения В. Рыжова способны повергнуть в шок. Например: «Кого-то сотрудничество с КОНР, возможно, спасло от голодной смерти, но после войны почти все они оказались в северных лагерях». Подобный тезис типичен не столько для историка, сколько для сформированных Коммунистической партией управленцев, десятилетия вдохновенно утверждавших: «Главное наше богатство - это люди». Действительно, в Советском Союзе людей было столько, что ими можно было мостить бескрайние дороги и шоссе, оставлять сотнями тысяч в немецких «котлах», использовать на воинских учениях с применением атомного оружия и так далее. Во-первых, не уточнённая Рыжовым абстрактная категория «кто-то» составляла на деле сотни тысяч людей. Фактическое существование КОНР и деятельность Главного Гражданского управления КОНР имели неоценимое значение для реального улучшения зимой 1944-1945 гг. бытового положения советских военнопленных и остарбайтеров, от защиты прав которых правительство СССР полностью отказалось. По логике В.Рыжова, никакого смысла оказанная этим людям помощь не имела, т.к. всё равно их ожидал сталинский ГУЛАГ. В.Рыжову для полноты картины осталось только посожалеть, что нацисты не уничтожили всех советских военнопленных и всех остарбайтеров - советским карательным органам было бы меньше хлопот после войны.
Цитируя опубликованный 60 лет назад Пражский манифест 1944 г., В.Рыжов не упоминает о том, что написан этот манифест был тремя советскими интеллигентами, репрессированными до войны, - микробиологом А.Н.Зайцевым, сыном священника архитектором Н.А.Троицким и журналистом Н.В.Ковальчуком. Авторы документа пытались не просто сформулировать какую-то позитивную программу, они выражали чаяния, реально разделявшиеся значительной частью «подсоветских» людей. В. Рыжов практически умолчал о главных положениях Пражского манифеста, хотя они заслуживают упоминания: свержение сталинской тирании, прекращение войны и заключение почётного мира с Германией на условиях, не затрагивающих чести и независимости России, уничтожение режима террора и насилия, роспуск концлагерей и колхозов, передача земли крестьянам в частную собственность, введение действительной свободы религии, совести, слова, собраний, печати. Нет сомнений, что в конце 1944 г. все власовские мероприятия безнадёжно опоздали, здесь с В.Рыжовым нельзя не согласиться. Но, как свидетельствовал автору в 1995 г. хорошо знавший генерала И.Л.Новосильцев, «Власов хотел этим манифестом показать, за что он и его единомышленники боролись и в конце концов отдали собственные жизни». Пражский манифест ценен именно тем, что он был написан тремя гражданами СССР и, несмотря на условия нацистской цензуры, представлял собой положительный и притягательный документ, привлекавший к Власову сторонников и в 1945 г. Ведь последние 9 командиров Красной армии прибыли из лагерей военнопленных для вступления во власовскую армию... 8-9 апреля. В.Т.Шаламов в «Колымских рассказах» свидетельствует, как один из власовцев, прибывший в 1946 г. на их лагпункт этапом из Италии, сумел чудом сохранить и довезти на Колыму экземпляр манифеста. Многие власовцы и рассчитывали не столько на силу оружия, сколько на действенность собственной политической программы.
Представления В. Рыжова и о власовской армии - вооружённых силах КОНР (ВС КОНР) - в той же степени поверхностны. Бывшие бойцы антипартизанской бригады Б.В Каминского, действительно безобразничавшие в Варшаве в августе 1944 г., никак не служили «ядром для формирующейся 1-й дивизии». Во-первых, в бригаде Каминского к тому моменту, когда началось Варшавское восстание, насчитывалось около 7 тыс. военнослужащих, а в Варшаву был отправлен только сводный полк, сформированный из наиболее маргинальных элементов (1,7 тыс. человек - 25% от личного состава бригады). Во-вторых, из всей бригады Каминского в состав 1-й дивизии были зачислены всего лишь 3,2 тыс. человек, в то время как итоговая численность дивизии превысила 18 тыс. человек. Её основную часть составляли не каминцы, а военнослужащие бывших восточных батальонов РОА, переданные Власову из группы армий «Запад». Вероятно, среди каминцев были преступники и уголовники, но их мародёрское отношение к гражданскому населению Варшавы мало чем отличалось от отношения военнослужащих Красной армии к гражданскому населению Восточной Пруссии зимой - весной 1945 г. Дело, наверное, не в армейской принадлежности, а в особенностях ментальности советского человека. Кстати, заметим, что при перемещениях маршем 1-й дивизии во второй половине апреля 1945 г. немецкие гражданские власти отмечали дисциплину и корректное поведение власовцев по отношению к местному населению.
В бой против частей Красной армии власовцы вступили в первый раз не в апреле, а 8 февраля 1945 г. В тот день противотанковый отряд полковника И.К. Сахарова добился частного успеха в атаке у местечка Ней-Левин на позиции, занимаемой подразделениями 990-го полка 230-й Сталинской стрелковой дивизии. Боевая операция 1-й дивизии «Апрельский ветер» на Одере 13 апреля, которую В. Рыжов упорно именует «проигранным сражением», на самом деле проиграна не была. Два пехотных полка власовцев атаковали плацдарм, удерживаемый силами 415-го отдельного пулемётно-артиллерийского батальона из состава 119-го укреплённого района 33-й армии 1-го Белорусского фронта. Во время первой же атаки власовцы заняли первую линию траншей, добившись успеха там, где немцы не могли его добиться два месяца. Но затем в ходе боя командир дивизии генерал-майор С.К. Буняченко отказался от продолжения бесперспективных атак ввиду сильного артиллерийского прикрытия плацдарма с восточного берега Одера. Он аккуратно вывел полки из боя, а боевые качества власовцев в положительном контексте были упомянуты в сводке Верховного командования Вермахта (ОКВ) от 14 апреля 1945 г.
Вызывает удивление, что В. Рыжов практически ничего не пишет об офицерах, служивших в армии Власова. А ведь среди них были кадровые командиры Красной армии (5 генерал-майоров, 2 комбрига, 29 полковников, 16 подполковников, 41 майор), имевшие отличные аттестации во время службы в РККА, и даже три Героя Советского Союза (лётчики Антилевский, Бычков и Тенников). Ряд командиров Красной армии, пробыв от года до трёх лет в немецких лагерях, присоединились к Власову после публикации Пражского манифеста и создания КОНР, когда уже никто не сомневался в исходе войны. Среди них - полковники А.Ф.Ванюшин, А.А.Фунтиков, подполковники И.Ф.Руденко и А.П.Скугаревский и др. В.Рыжов не сообщает читателю, что в апреле 1945 г. под юридическим командованием А.А. Власова находились более 120 тыс. человек, правда, не успевших завершить переформирование. На вооружении власовской армии, возникшей в период с ноября 1944 г. по апрель 1945 г., состояли 44 самолёта, около 25 танков и бронемашин, более 570 миномётов, 230 орудий, 2 тыс. пулемётов и т.д. Разве что-то подобное имело место в отечественной военной истории? Всего лишь 25 лет отделяли Первую мировую от Второй мировой войны. Но в 1914-1917 гг. ни один попавший в плен кадровый русский офицер не служил на стороне Германии. Попытки формирования воинских частей из русских военнопленных низшего состава также не дали кайзеровскому командованию ощутимого результата. Спустя всего чуть более четверти века ситуация выглядела прямо противоположным образом. Следовательно, что-то произошло в стране за эти 25 лет...

Командующий ВВС КОНР генерал-майор (в 1945 г.)
Виктор Иванович Мальцев (сын крестьянина
Владимирской губернии, полковник ВВС Красной армии).

Фото сделано после освобождения из органов НКВД
и реабилитации. 1941 г.

Начальник штаба власовской армии, генерал-майор
Фёдор Иванович Трухин (сын предводителя дворянства Костромской губернии, в 1941 г. - генерал-майор
Красной армии).
Начальник Главного Организационного управления
КОНР (1944-1945 гг.) Василий Фёдорович Малышкин
перед арестом органами НКВД в 1938 г. (сын бухгалтера,
командир Красной армии в 1941 г. - генерал-майор
Красной армии).

Кроме того, В.Рыжов недостоверно излагает историю вмешательства власовцев в Пражское восстание 5-8 мая 1945 г. Буняченко согласился помочь чешским повстанцем лишь после того, как получил ультиматум от немецкого коменданта Праги генерала Р. Туссенна. Туссенн угрожал применить против 1-й власовской дивизии все силы пражского гарнизона в том случае, если Буняченко будет продолжать игнорировать приказы командования немецкой группы армий «Центр». И бывшему полковнику Красной армии ничего не оставалось делать, как поддержать повстанцев. Капитан М.И. Якушов никак не мог арестовать генерала Власова 12 мая 1945 г. на глазах «разоружённой власовской дивизии» по той простой причине, что Власов был задержан советскими автоматчиками в глубине американской зональной территории в маленькой колонне из семи автомашин, в то время когда 1-й дивизии уже несколько часов как не существовало. В.Рыжов не упомянул и о том, что десятки тысяч казаков и власовцев, сдавшихся на милость англо-американских союзников, в 1945-1947 гг. ждали кровавые насильственные репатриации в советские зоны оккупации из Лиенца, Платтлинга, Дахау и других столь же страшных мест.
Наконец, описывая финал судьбы А.А.Власова, В.Рыжов игнорирует три важнейших факта, на которые любой исследователь обязан был бы обратить внимание. Во-первых , Власов трижды отказался бросать собственных солдат. В первый раз - в июне 1942 г. на Волхове под Новой Керестью, когда за ним прилетел последний самолёт, чтобы эвакуировать командующего в глубокий тыл. Во второй раз - в апреле 1945 г., когда генерал Ф. Франко предоставил Власову политическое убежище и специальный самолёт был готов доставить Председателя Президиума КОНР в Испанию. В третий раз - 12 мая 1945 г., когда американский комендант, капитан армии США Р.Донахью предлагал тайно вывезти Власова в глубь американской оккупационной зоны, снабдив его продовольственными карточками и документами. Но Власов поехал в штаб 3-й армии США в Пльзень, чтобы добиваться политического убежища для солдат и офицеров ВС КОНР. Хотел бы заметить, что, например, руководившие обороной Севастополя вице-адмирал Ф.С.Октябрьский и генерал И.Е.Петров позорно бросили в конце июня 1942 г. войска Севастопольского оборонительного района и благополучно спасли собственные жизни, явив пример характерной для советской системы полководческой доблести.
Во-вторых , над А.А.Власовым, С.К.Буняченко, В.Ф.Малышкиным, В.И.Мальцевым, М.А.Меандровым, Ф.И.Трухиным и другими руководителями Власовского движения в 1946 г. готовился открытый процесс. Все советские люди должны были гневно заклеймить презренных предателей. Однако упомянутые «предатели» проявили незаурядное для тисков сталинского следствия упорство, отстаивая собственные политическе взгляды. В итоге начальник ГУКР «СМЕРШ» генерал-полковник В.С.Абакумов 26 апреля 1946 г. обратился к Сталину с письмом. Главным препятствием, помешавшим провести открытый процесс в Октябрьском зале Дома Союзов, по выражению Абакумова, стало поведение «некоторых подследственных» . Опасаясь изложения подсудимыми на открытом процессе антисоветских взглядов, «которые объективно могут совпадать с настроениями определённой части населения, недовольной советской властью», Абакумов просил Сталина «дело предателей... заслушать в закрытом судебном заседании... без участия сторон». Закрытое судилище - одно из самых убедительных доказательств политического характера Власовского движения. Наконец, в-третьих , решение о казни генерала и его единомышленников было принято не 31 июля, как пытается уверить читателя В. Рыжов. Тем более, не принимала его и Военная коллегия Верховного Суда СССР. Решение о казни генерала Власова и других руководителей КОНР было принято на заседании Политбюро 23 июля 1946 г. представителями высшей партийной номенклатуры ВКП(б) за неделю до начала «процесса». Коллегия Ульриха лишь озвучила сталинский приговор, а так называемый «суд» представлял собой обычную расправу по политическим мотивам. Повесили Власова и других руководителей движения не 2-го, а ночью 1 августа 1946 г. во дворе Бутырской тюрьмы. Останки казнённых кремировали и захоронили в безымянном рву Донского монастыря, где с 1930-х гг. хоронили прах жертв сталинских репрессий.
Генерал-лейтенант Андрей Андреевич Власов - трагическая фигура в новейшей русской истории. Он не был заурядным предателем, т.к. сохранение статуса военнопленного гарантировало ему жизнь и карьеру в гораздо большей степени, чем опасная и неясная перспектива антисталинского лидера. В судьбе Власова в известной степени отразились судьбы сотен тысяч людей, изломанных сталинским режимом и методично стиравшихся в лагерную пыль, для которых бело-сине-красная нашивка «РОА» осталась последним шансом вернуть утраченное достоинство. Власов не был и удачливым, хитроумным политиком, знавшим, когда и на какую лошадь поставить; в нём удивительно сочетались незаурядная воля и наивное упование на порядочность отдельных немцев или на верность англо-американских союзников собственным демократическим принципам. Но председатель КОНР сам был порядочным солдатом, сумевшим преодолеть психологическую зависимость от сталинщины и осмелившимся бросить ей открытый вызов. Конечно, из-за колючей проволоки немецкого лагеря это было сделать проще, но и для такого поступка требовались незаурядные решимость и мужество. Ведь большинство наших соотечественников до сих пор не желает должным образом оценить и осмыслить советский период русской истории. Нет сомнения, что о Власове и трагедии власовской армии будут написаны ещё десятки исследований. Важно лишь, чтобы их авторами были профессионалы, не только знающие фактическую сторону событий, но и чувствующие боль того времени.

Александров К.М . Офицерский корпус армии генерал-лейтенанта А.А. Власова, 1944-1945. СПб., 2001.
Александров К.М . Против Сталина. Власовцы и восточные добровольцы во Второй мировой войне. Сб. статей и материалов. СПб., 2003.
Александров К.М . Армия генерал-лейтенанта А.А. Власова 1944-1945. Материалы к истории Вооружённых сил КОНР. СПб., 2004.
Дробязко С.И . Русская Освободительная Армия. М., 2000.
Ермолов И.Г., Дробязко С.И . Антипартизанская республика. М., 2001.
Окороков А.В . Антисоветские воинские формирования в годы Второй мировой войны. М., 2000.
Хоффманн И . История власовской армии. Париж, 1990.
Цурганов Ю.С. Неудавшийся реванш. Белая эмиграция во Второй мировой войне. М., 2001.

Кирилл АЛЕКСАНДРОВ,
кандидат исторических наук,
учитель истории
(Санкт-Петербург)

14 сентября 1901 года в одном из сёл Нижегородской губернии родился Андрей Власов. Ему суждено было стать самым скандальным военачальником в советской истории. Само имя генерала стало нарицательным, а каждого советского гражданина, служившего у немцев, стали именовать власовцем.

О раннем периоде жизни будущего генерала известно немногое. Андрей Власов родился в нижегородской деревне в 1901 году. Отец его, по некоторым данным, был унтер-офицером сверхсрочной службы. По другим - обычным крестьянином. В семье было 13 детей, Андрей был самым младшим из них. Тем не менее при помощи старших братьев ему удалось выучиться в Нижегородской семинарии. Затем Власов учился в местном университете на агронома, но отучился только один курс. Разгоралась Гражданская война, и его образование было прервано мобилизацией в РККА. Так и началась его армейская карьера.

В Красной армии, испытывавшей недостаток грамотных и образованных людей, Власов быстро проделал путь до командира роты, а затем был переведён на штабную работу. Возглавлял штаб полка, затем руководил полковой школой. В партию он вступил сравнительно поздно, только в 1930 году.

Власов был на хорошем счету и считался грамотным командиром. Не случайно именно его в конце 30-х отправили в Китай в составе группы военных советников Чана Кайши. Причём на протяжении нескольких месяцев Власов считался главным военным советником китайского лидера. В конце 1939 года он был отозван в СССР и назначен командующим 99-й дивизией.

Там Власов вновь зарекомендовал себя с лучшей стороны. Всего за несколько месяцев ему удалось навести такой порядок, что по результатам учений она была признана лучшей в Киевском военном округе и особо отмечена высшим начальством.

Власов тоже не остался незамеченным и был повышен до командующего механизированным корпусом, а также получил орден Ленина. Корпус дислоцировался в районе Львова и был одной из первых советских частей, вступивших в боевые действия с немцами.

Он неплохо зарекомендовал себя в первых боях, и уже через месяц Власов снова пошёл на повышение. Его экстренно перевели в Киев командовать 37-й армией. Её сформировали из остатков отступавших с запада УССР частей, и главной задачей было не позволить немцам занять Киев.

Оборона Киева завершилась катастрофой. В котле оказалось несколько армий. Однако Власову и тут удалось себя проявить, части 37-й армии смогли прорваться через окружение и выйти к советским войскам.

Генерала отзывают в Москву, где ему поручают командование 20-й армией на самом главном направлении немецкого удара - московском. Власов вновь не подвёл, в ходе немецкого наступления армии удалось остановить у Красной Поляны 4-ю танковую группу Гёпнера. А затем перейти в наступление, освободить Волоколамск и выйти к Гжатску.

Генерал-лейтенант Власов стал знаменитостью. Его портрет вместе с несколькими другими военачальниками был напечатан на передовицах крупнейших советских газет в качестве наиболее отличившихся при обороне Москвы.

Обречённые на плен

Однако у этой популярности была и обратная сторона. Власова стали воспринимать в роли палочки-выручалочки, что в конце концов и привело к бесславному концу. Весной 1942 года 2-я ударная армия вклинилась в немецкую оборону, заняв Любанский выступ. Его планировалось использовать в качестве плацдарма для дальнейшего наступления на Ленинград. Однако немцы воспользовались благоприятными условиями и замкнули окружение в районе Мясного бора. Снабжение армии стало невозможным. Ставка приказала армии отходить. В районе Мясного бора удалось ненадолго пробить коридор, по которому вышли несколько частей, но затем немцы снова его закрыли.

Власов на тот момент занимал пост заместителя командующего Волховским фронтом Мерецкова и в составе военной комиссии был направлен в расположение армии, чтобы оценить обстановку на месте. Ситуация в армии была очень тяжёлой, не было ни еды, ни боеприпасов, организовать её снабжение также не было возможности. К тому же армия понесла в боях очень большие потери. Фактически 2-я ударная была обречена.

К этому времени тяжело заболел командующий армией Клыков, и его пришлось на самолёте эвакуировать в тыл. Встал вопрос о новом командующем. Власов предложил Мерецкову кандидатуру начальника штаба армии Виноградова. Сам он не желал брать ответственность за гибнущую армию. Однако Мерецков назначил именно его. В этом случае против Власова сыграл его послужной список. Он уже имел успешный опыт прорыва окружения, а также хорошо зарекомендовал себя под Москвой. Если кто-то и мог спасти гибнущую армию, то только человек с таким опытом.

Однако чуда не случилось. Вплоть до конца июня при поддержке 59-й армии предпринимались отчаянные попытки прорваться из окружения. 22 июня на несколько часов удалось пробить 400-метровый коридор, по которому вынесли часть раненых, но вскоре немцы закрыли его.

24 июня была предпринята последняя, отчаянная попытка прорыва. Ситуация была очень тяжёлой, армия давно голодала, солдаты съели всех лошадей и собственные ремни и всё равно умирали от истощения, артиллерийских снарядов больше не осталось, техники почти не было. Немцы, в свою очередь, вели ураганный артобстрел. После неудавшейся попытки прорыва Власов отдал приказ спасаться, кто как может. Разбиваться на маленькие группы по 3–5 человек и пытаться скрытно выйти из окружения.

Что происходило с Власовым в следующие недели, до сих пор не установлено и вряд ли когда-то станет известно. Скорее всего, он пытался добраться до запасного командного пункта, где хранилось продовольствие. По пути он заходил в деревни, представляясь сельским учителем и прося еды. 11 июля в селе Туховежи он зашёл в дом, который оказался домом старосты посёлка, который сразу же сдал непрошенных гостей немцам. Накрыв им стол в бане, он запер их и сообщил об этом немцам. Вскоре их патруль задержал генерала. В некоторых источниках встречаются утверждения, что Власов сознательно собирался сдаться немцам, но это несколько сомнительно. Для этого не нужно было блуждать две с половиной недели по лесам, скрываясь от патрулей.

В плену

Смоленское воззвание"

Смоленское воззвание", в котором Власов призывал переходить на его сторону, чтобы строить новую Россию. В ней содержались даже некоторые политические пункты типа отмены колхозов. Немецкое руководство одобрило воззвание, но рассматривало его как сугубо пропагандистскую акцию. О нём написали в газетах, также были напечатаны листовки на русском языке для забрасывания на советские территории.

Партийное руководство совершенно равнодушно отнеслось к Власову. Гитлеру и Гиммлеру не было до пленного генерала никакого дела, он их не интересовал. Главными лоббистами Власова стали военные, которые, возможно, видели во Власове потенциального руководителя будущего марионеточного правительства, если такое будет. По инициативе фельдмаршалов фон Клюге и фон Кюхлера Власов зимой и весной 1943 года совершил несколько поездок в расположение группы армий Север и Центр. Он не только встретился с видными немецкими военачальниками, но и выступил перед местными жителями на оккупированных территориях и дал несколько интервью коллаборационистским газетам.

Однако партии не понравилось, что военные играют в свою игру и пытаются заходить на их территорию. Русский комитет был распущен, Власову временно запретили публично выступать, военным сделали внушение. У нацистской партии не было никакого желания превращать Власова во что-то большее, чем пропагандистский фантом.

Тем временем о деятельности Власова стало известно в СССР. Сталин негодовал настолько, что лично правил газетную статью "Кто такой Власов?". В этой статье сообщалось, что Власов был активным троцкистом, который планировал продать Сибирь японцам, но вовремя был разоблачён. К сожалению, партия пожалела Власова и простила его, позволив поруководить армией. Но как оказалось, ещё в первые дни войны он был завербован немцами, а затем вернулся в Москву, некоторое время хорошо себя проявлял, чтобы избежать подозрений, а затем специально завёл армию в окружение и окончательно перебежал к немцам.

Власов оказался в затруднительном положении. В Москве о его деятельности уже узнали, в Германии же он оказался в подвешенном состоянии. Партийное руководство, включая Гитлера, и слышать не хотело о создании отдельной армии, чего добивались военные. Когда фельдмаршал Кейтель попытался прозондировать почву, Гитлер чётко дал понять, что он не позволит пойти дальше обычных пропагандистских акций.

На следующие полтора года Власов стал тусовщиком. Покровители организовывали ему встречи с видными деятелями, смотревшими на "русский вопрос" не так радикально, как вожди. В надежде, что, заручившись их поддержкой, удастся повлиять на Гитлера и Гиммлера хотя бы косвенно, Власову даже организовали брак с вдовой эсэсовца.

Но всё, чего удалось добиться его покровителям, это создание "школы пропагандистов" в Дабендорфе. На большее партия не давала разрешения.

Русская освободительная армия

хиви" вплоть до деревенских полицейских, которые не имели никакого отношения к РОА.

Однако в начале и середине войны немцами создавались небольшие отряды (обычно размером рота/батальон и совсем редко - полк), т.н. восточные батальоны/роты, которые зачастую привлекались для антипартизанских операций. Значительная часть их личного состава позднее была переведена в РОА. Например, бывший советский комиссар Жиленков, до того как попасть к Власову, занимал видный пост в РННА - Русской национально-народной армии численностью несколько тысяч человек. Которая как раз действовала против партизан на оккупированных территориях.

Некоторое время командовал РННА бывший советский полковник Боярский, позднее также ставший близким к Власову человеком. Чаще всего восточные батальоны и роты входили в состав немецких дивизий, при которых были созданы и управлялись немецкими офицерами. Личный состав этих частей иногда носил использовавшиеся позднее РОА кокарды и нашивки, что порождает дополнительную путаницу. Однако эти части, появившиеся ещё тогда, когда Власов был советским генералом, подчинялись немцам и Власов не имел на них никакого влияния.

теми же большевиками, только против колхозов". Таким образом, можно подвести итог в этом запутанном вопросе. РОА не действовала на оккупированных советских территориях, но часть личного состава этой армии ранее успела послужить в немецких восточных батальонах на советских территориях.

Боевой путь новоиспечённой армии вообще оказался весьма короток. За пять месяцев своего существования части РОА лишь дважды приняли участие в боях с советскими войсками. Причём в первом случае это участие было крайне ограниченным. В феврале 1945-го три взвода добровольцев из Дабендорфской школы приняли участие в сражении на стороне немцев с 230-й дивизией РККА.

А в начале апреля 1-я дивизия РОА воевала вместе с немцами в районе Фюрстенберга. После этого все части РОА были отведены в тыл. Даже в условиях неминуемого конца нацистское руководство не слишком доверяло новоиспечённым союзникам.

По большому счёту, РОА так и осталась пропагандистской, а не реальной боевой силой. Одна боеспособная дивизия, лишь раз принявшая участие в боевых действиях, вряд ли могла оказать на ход войны хоть какое-то влияние, кроме пропагандистского.

Арест и казнь

Власов рассчитывал добраться до расположения американцев, поскольку ожидал новую мировую войну между СССР и США. Но добраться до них он так и не сумел. 12 мая 1945-го он был по наводке арестован советским патрулём. Впрочем, американцы всё равно выдали бы его в СССР. Во-первых, он был символической и примелькавшейся фигурой. Во-вторых, РОА в военном отношении не была сколько-нибудь значимой силой, так что даже как потенциальный союзник американцами на случай новой войны не рассматривалась бы. В-третьих, договорённость о выдаче советских граждан была достигнута на конференции союзников, избежать этой выдачи удалось лишь единицам.

Власов и все его сподвижники из числа советских граждан были доставлены в Москву. Первоначально предполагалось провести открытый процесс, однако курировавший его Абакумов опасался, что утечка взглядов подсудимых вызовет какие-нибудь нежелательные последствия в обществе, и предложил разобраться по-тихому. В конце концов решено было провести закрытый суд без каких-либо публикаций в прессе. Окончательное решение принималось в Политбюро. Вместо открытого процесса над изменниками 2 августа 1946 года в советских газетах была дана скупая заметка, что накануне по приговору советского суда были признаны виновными в государственной измене и казнены Власов и его ближайшие сподвижники.